Трещина

– Я, Алена, не реву, я потерялся. Здесь только что была машина, и вот меня оставили одного.

Отченашенко развел руками, словно хотел показать ей: «вот видишь, как оно получилось, была машина, и нет её».

Подсознанием он понимал, насколько глупо выглядит, но никак не мог справиться с собой и с обидой, нанесенной ему человеком, который сам же его вызвал в это, по всему видно, гиблое место.

– Это Дурдынин подшутил, – ответила девчушка и пояснила, – он у нас известный шутник. Его, когда оживляют, он обязательно что-нибудь такое отмочит, а так он безвредный.

– Я не знаю куда идти. – Сказал Отченашенко, – я ни чего не вижу в этой мгле.

– Вы, наверное, специалист, которого мы все ждем?

Спросила девчушка, с явным любопытством разглядывая Отченашенко. И того вдруг кольнуло, в самое сердце и кольнуло:

– Как оживляют? – Спросил Никодим Филиппович.

– Да обыкновенно, – ответила девчушка, словно и на самом деле оживлять людей, по крайней мере здесь, было обыкновенным делом.

– Училка говорила – это дело техники и парапсихологии. – Последнее слово она произнесла по слогам.

– А дед говорит – это чертовщина и не верит, что его оживляют. Вы, дяденька, специалист по трещинам, которого мы все ждем?

Повторила свой вопрос девчушка, словно и на самом деле вопрос об оживлении Дурдынина был пустяковым вопросом, или, по крайней мере, куда менее важным, чем сам Отченашенко.

– Да, специалист, девочка, только вот не уверен, что меня ждут.

– Ждут, ждут! Еще как ждут! Мне дедушка сказал, что вот приедет специалист по «трещинам» и спасет «гору». Даже в газете об этом печатали, мне дедуля говорил. Только чё же её спасать, если трещина объявилась?

Девчонка была легка на язык и продолжала тараторить:

– Нам училка сказала, что это все «прогресс» и «эволюция», а те, кто хочет спасать – отсталые люди, как мой дедушка.

Отченашенко, разумеется, не понял, откуда и зачем перевели её дедушку и каким образом «перевели». Что это вообще означает: «оживление» и «переведенный», но упоминание «горы» пробудило в нем профессиональный интерес.

– Какую, «гору» спасать? – Недоуменно переспросил Отченашенко, пропустив непонятное.