Добрая сказка. Часть третья

Поэтому вам надо как можно скорее покинуть нашу страну, и мы сразу же замуруем проход в мир атлантов, чтобы никогда больше не слышать такого!

– Но это не всё, что есть в нашем мире! – возразила Василиса, – У нас есть разная музыка и разные певцы, да и вообще много чего!

– Вот поэтому, дочь Адама (не раскрывая рта обратился атлант к девочке), мы и закроемся от вашего мира. Если в нём может возникнуть такое, то нам лучше не сталкиваться с ним ни мыслью, ни делом! А рыбу оставьте, мы вам благодарны за воспоминая о телесной пище.

– Борьба противоположностей! – поделился мудростью кот, – элементарная диалектика. Кушайте рыбку, Атланты! Она кошерная!

По дороге обратно Добрыня слышал позади, как лёд хрустит за их спинами и недовольно ворчал: «Подумаешь, что наши цивилизации по-разному развивались! Это ещё не повод, чтобы животное искусство не признавать! Между прочим, их пение, мягко говоря, кроме желания упасть в голодный обморок, не пробуждает ничего в душе моей, искусством израненной! Нет, главное рыбу им давай, корми их, пои, а развлечение им наши не подходят! Я перед ними выступаю, кордебалет антарктический пригласил, шоу устроил! Да почти весь высший свет моим творчеством восхищается!.

– Ты сейчас кого имеешь в виду? – переспросил талантливое животное гномик.

– Я имею в виду, что возможно, существуют более талантливые существа, чем Атланты. Гения может обидеть каждый, но настоящие искусство всё равно пробьёт себе дорогу!

– Только не в мире Атлантов, – объяснил ему страж, – Тем более я их понимаю!

– Я тоже, – согласился червь, голова которого торчала из кома снега.

– Нет, ну это вообще ни в какие ворота не лезет! – повторно возмутился усатый солист. – Не оценить такой огромный пласт мировой культуры, как я!

– Добрыня, помолчи, пожалуйста, – попросил гномик, – ну правда сил от тебя уже нет.

– А есть ли смысл в моём молчании? – переспросил тот. – Орлик, а как ты оцениваешь моё многоопытное творчество? – тут же обратился кот к сыну белого орла?

Когда путешественники вышли из пещеры, их ждала птичка-вестник.

– Василиса, – обратился страж к девочке, – загадывай желание! Мы летим в Рим! Там, в развалинах Колизея, оборотень появился!

– О, Рим! Древний город пиццы и оперного пения! – обрадовался кот. Гномик приложил к червю волшебное кольцо, и тот исчез.