Когда говорит кровь

Проходившая мимо женщина тут же вскрикнула и отшатнулась в сторону. Мицан затравленно оглянулся, но Бакатария даже глазом не повел, продолжая разглядывать сильно посиневшее лицо.

– Хе, а вот и нашлась голова. Вот интересно, сука, на хера они эти косички заплетают? А, как думаешь Лиаф?

– Наверное, затем же, зачем в уши сережки вставляют и какую-то херню на скулах себе пишут.

Только сейчас Мицан обратил внимание, что татуировки на лице покойника были совсем не узорами, а фальтской клинописью.

– И зачем же? – Лифут перехватил голову и поднес почти вплотную к себе, смотря прямо в глаза мертвецу.

– Да чтоб я знал. Мудилы заморские.

Лифут хмыкнул и положил голову обратно в корзину.

– Пойдем-ка, пацан, посидим и поговорим. Кто у нас тут поблизости живет?

– Из клятвеников то? В пятистах шагах дом Убара Здоровяка.

– Сойдет. Корзинку только тут оставь. Тяжелая же, небось, да и не пригодится она нам больше. Вся в этой гребанной крови вымазана.

Они прошлись вниз по шумной улице и свернули в переулок, остановившись у двухэтажного дома из пожелтевшего кирпича.

В доме было три двери и Лифут открыл среднюю. Сразу за ней начинался просторный зал с низким потолком, в котором из мебели был лишь огромный стол с лавками и по краям. Ровно посередине сидел выбритый налысо здоровяк с огромным брюхом и ел что-то блестящими от жира пальцами, запивая прямо из глиняного кувшина. Подняв глаза на гостей, он растекся в улыбке и даже попытался вылезти из-а стола, обтирая руки о лежавшую рядом тряпку.

– Лифут Бакатария! Ого, вот это честь! Очень рад видеть тебя, давно….

– Чем это здесь пахнет? Жареным салом что ли?– бесцеремонно прервал его Лифут – Что за херню ты там жрешь?

– Зажаренная до хруста свиная грудинка с чесноком и луком. Вулгрианская закуска такая. Лучшая жратва к пиву, между прочим,– немного смущенно ответил здоровяк. Было видно, что он озадачен словами своего гостя.

– Ну и херню же ты в себя пихаешь.

– А ты круглыми сутками лопаешь финики и заливаешься вином.

Это что, лучше?

– Конечно лучше Убар! Это пища достойная цивилизованного человека, а ты жрешь как, сука, долбанный дикарь. Скоро в грязи валяться начнешь и шкуру носить.

– Эй, я такой же тайларин как ты! Отвяжись Лифут!

– Ты грязное и дикое животное, раз любишь эту варварскую херню. Убери эту гадость немедленно и не позорься больше.

– Ну Лифут!

– Я Лифут. И кажется, я тебе только что сказал, что нужно сделать.