С отрога Геликона

Они лишь согласились на это, – сказал Феспий. – Эти люди просят меня помочь им добыть оружие… для войны с Орхоменом, я полагаю?

– Да, ты прав, – подтвердил его догадки Амфитрион.

– И ты мог бы им помочь? – как всегда невозмутимо повел расспрос Телеф.

Феспий не хотел говорить ни «да» ни «нет», но скрывать свои возможности у него получалось плохо: из его ответов явствовало, что связи в Кекропии позволили бы ему довольно легко добыть необходимые Фивам луки и стрелы.

– Ну что же, – продолжал Телеф, обращаясь теперь уже к гостям, – тогда я должен знать детали вашего плана.

Гости снова переглянулись. Креонт одобрительно кивнул Амфитриону.

– Слушай же, – начал тот. – Нам стало известно, что Эргин хочет окончательно уничтожить Фивы. Мы рассчитываем сначала, узнав заранее о сборах Эргина, перед его выступлением снять минийскую охрану у протоки из Копаиды в Ликерию и завалить эту протоку. Даже за ночь вода может подняться очень сильно, так что проход войска по равнине будет невозможен. Но Эргина это вряд ли остановит.

Он слишком уверен в том, что мы не окажем серьезного сопротивления. Мы воспользуемся этим и, укрывшись в скалах напротив Галиарта, будем расстреливать его войско из луков. Небольшой конный отряд будет мешать отдельным беглецам построиться на равнине. Затем сзади ударят легковооруженные воины с пращами и с дротиками. Наконец, когда порядки орхоменцев будут расстроены из-за обстрела, по ним ударит небольшой отряд тяжеловооруженных. А о выступлении Эргина нельзя будет не узнать. Он будет собирать армию по всем правилам, ибо ничего не боится. Вот такой у нас план.

Телеф слушал, одобрительно кивая головой каждому новому движению войска, о котором рассказывал Амфитрион, будто сам знал все наперед. По окончании рассказа отвечал он тоже почти не раздумывая:

– Говорю тебе сразу, Феспий, можешь собираться в Кекропию, но… поскольку предприятие это сопряжено с немалым риском, позвольте мне как полагается вопросить богов, чтобы быть окончательно уверенным.

– Телеф, друг, но как же я поеду? Я ведь головы поднять не могу, – заголосил Феспий.

– Не беспокойся, к вечеру тебе будет лучше.

– Скажи мне, Телеф, – вступил в разговор Креонт, – как же ты так быстро все понял?

– Если бы я мог это объяснить, о царь, прорицателем мог бы быть каждый, как каменотесом или рыбаком.

– Но понимаешь ли ты, какая тайна тебе доверена и что, покидая нас сейчас, ты неминуемо попадаешь под подозрение?

– О царь, подозрений я не боюсь.