Тёмный ангел

Когда умер создатель клинков, тогда же ты от них отказалась и надолго покинула нас, – в её голосе в этот момент почувствовалось некое осуждение, – в его мастерской был найден браслет – по металлу и рисунку рун мы поняли, что он был создан вместе с клинками. Сейчас по клинкам мы увидели, что ты истинная Танцующая – значит, браслет тоже принадлежит тебе.

Малэ была удивлена, что они смогли найти хоть что-то. Насколько она помнила, она сама обыскала всю мастерскую в поисках подтверждения своих подозрений и ничего не нашла.

Тело же самостоятельно уже встало и подошло взять клинки. На лице у Малэ появилась блаженная улыбка, когда они оказались у неё в руках, развернувшись к жрице, она машинально отдала салют клинками вверх и хотела загнать их в перевязь – в ту сбрую, что болталась на поясе.

– Погоди, для этих клинков есть свои ножны, – перехватила её руки, всё так же улыбаясь, леди Селенити, – они с браслетом твои, как и клинки.

– Леди Селенити, это всё, конечно, прекрасно, но мы тут с немного другой целью, а именно чтоб вы благословили наш брак, – сказал нетерпеливо Ситарель.

У Малэ резко испортилось хорошее настроение, которое появилось после передачи ей клинков.

– Ситарель из дома Дьен, можно с вами поговорить наедине? – холодно сказала леди Селенити и, развернувшись, пошла к выходу в соседний зал, подумав: «Вот чувствую, что здесь что-то не то».

– Да, леди? – учтиво спросил он, не понимая, о чём пойдёт разговор, и пошёл вслед за ней.

– Кажется ваша невеста не горит желанием стать вашей женой, – сказала она, развернувшись к нему там.

– Нет, она просто обиделась немного на меня, – ответил Ситарель и решил пояснить, – понимаете, мы договаривались, что после её танца просто объявим, что хотим пожениться. Но я не вытерпел. А какой нормальный мужчина будет спокойно смотреть, как его будущую жену лапают другие?

– Я не мужчина, но попытаюсь вас понять, – на это сказала леди Селенити, – но и вы поймите Танцующую, дайте пройти её обиде, а потом только решите с ней вопрос со свадьбой – она же не отказывается от неё вообще?

– Нет, просто обижается, не подпускает меня близко, – решил он сгладить то, что сказал.

Жаловаться на такие вещи Ситарель не хотел, тем более всё это было частично выдумано. Не скажет же он ей о том, что случилось на самом деле.

– Значит, подождёте! – улыбнулась жрица. И они вернулись обратно в тот зал, откуда пришли.