Руки, полные бури

Спокойно вымыв руки, Гадес снял полотенце и, вытирая, повернулся к Сету:

– А я всё думал, зачем тебе ванна, если есть душевая кабина.

Вместо ответа Сет выдохнул в его сторону горький сигаретный дым.

– Здесь вытяжка лучше всего работает, – пояснил Сет. – Ненавижу, когда мебель дымом воняет.

– Поэтому ругаешься на Анубиса, если он курит на кухне? Он всё равно это делает.

– И считает, что я ничего не замечаю.

Хмыкнув, Гадес повесил полотенце и подошёл к ванне, в которой удобно расположился Сет.

– Давай двигайся.

Пришлось согнуть ноги, и Гадес уселся напротив. Потянулся, чтобы достать из лежавшей пачки сигареты.

– Ну, ты надымил. Явно давно сидишь.

Гадес закурил, смотря куда-то в сторону и, не отводя взгляд, заметил:

– Там на шкафчике сидит твой пёс. Это нормально?

– Они могут появляться где хотят. Этот любит высоту.

– Ты их различаешь?

Сету не приходило в голову давать псам имена, и они такого не поняли бы. Но он знал их по оттенкам ощущений, по характерам, который у каждого свой.

Они молча сидели и курили в душной ванной, наполненной теплом и уютной тишиной.

– Я был у Сехмет, – сказал Сет. – Она создала зелье.

– Отлично.

– Можешь порадовать Зевса.

– Да ему и так неплохо. Он не очень остро реагировал на нехватку зелья. Зато прощупал Кроноса своей молнией.

– И как?

– Говорит, Кронос не так силён, как хочет казаться, – ответил Гадес. – Поэтому поднимает чудовищ. Но это Зевс, он может искренне преуменьшать.

– Думаешь, Кронос не нападает по другой причине?

– Он осторожничает и выжидает. Нам это в любом случае не несёт ничего хорошего.

Покрутив сигарету в руках, Сет посмотрел на неё. Ещё один пёс появился на стиральной машинке, разглядывая то Сета, то Гадеса.

– Расскажи о Титаномахии, – попросил Сет.

Вспоминать Гадес не любил, а произошло всё задолго до их знакомства. Но в этот раз Гадес не возражал.

– Тогда в пророчества верили куда больше, чем сейчас. Кроносу предсказали, что его дети поднимутся против него.

Он помолчал, собираясь с мыслями или просто вспоминая. Сет не торопил.

– Было много боли и крови. Очень. Кронос не желал смиряться. И он не такой дурак, каким может казаться.