Лабиринт

Лабиринт

Марина Станиславовна Николаева

Наконец-то удача улыбнулась старику Смиту и его дочке Элизе! Случайный собутыльник из любимого трактира оказался большим человеком и выхлопотал для Элизы выгодное место. Теперь она – личная помощница богатой графини, что недавно приехала в их город и купила огромное имение со старинным замком у реки. Но что будет делать бедолага Смит, когда узнает, что графиня – могущественная ведьма, ее замок – прибежище темных сил, случайный собутыльник из трактира – верный слуга графини, а по совместительству оборотень, а Элиза – жертва, которую совсем скоро принесут прародителю тьмы?

Марина Николаева

Лабиринт

Черный ворон нехотя сорвался с надгробного креста и, хрипло и недовольно каркая, переместился на ближайшее дерево.

Умиротворение заброшенного кладбища нарушали теперь лишь звуки чьих-то осторожных шагов. В весеннем сумраке, пригибаясь как можно ниже к земле и стараясь не шуметь, между сырых от недавно прошедшего дождя крестов и монументов, перемещались двое мужчин.

Шедший впереди, крепкий рослый мужчина лет шестидесяти, в серой грязной рубахе с закатанными рукавами, поверх которой надет был кожаный коричневый жилет, в старых, видавших виды брюках и стоптанных от многолетней носки коричневых же кожаных ботинках, очевидно, вел своего пособника к хорошо знакомому ему месту.

Смуглое подвижное лицо его блестело мелкими каплями пота, которые он периодически смахивал. Из-под старой соломенной шляпы старика торчали длинные седые волосы. Прищуренный взгляд подслеповатых уже, выцветших голубых глаз он с мольбою устремлял в багровеющее закатом небо, как будто ища там поддержки.

На его поясе, в кожаной кобуре, висел массивный револьвер, к которому он периодически прикасался для успокоения. В левой руке старик нес завернутые в мешковину лопаты, в правой – железный лом.

Несмотря на довольно внушительный рост и несомненную физическую силу, видно было, что мужчина почти не справляется с обуревающим его страхом и еле сдерживается, чтобы не сорваться и не побежать назад, прочь из этого леденящего кровь места.

Так оно и было. Старику казалось еще чуть-чуть и нервы его не выдержат, он закричит или сойдет с ума от ужаса. Беззвучно, одними губами, шептал он слова заученной в детстве еще молитвы, прося о помощи и защите своего небесного покровителя и стараясь обуздать дикий, поглощающий его все больше с каждой секундой, страх.

Он не мог дать себе слабину именно сейчас! Сейчас, когда пути назад уже не было.