Assassin's Creed. Последние потомки: Участь богов

Торгни был одет в широкий, похожий на мантию балахон, свободно повязанный поясом, а его длинные гладкие волосы и борода были совершенно белыми. Молочные глаза и манера держать голову, ни на чем не фокусируя взгляд, говорили о том, что лагман был слеп.

Торвальд зашел в его жилище и закрыл за собой дверь. В единственной комнатке было почти темно, если не считать нескольких косых лучей, которые освещали помещение сквозь трещины и пробоины в стенах. У Торгни было совсем мало мебели, однако двое мужчин все же нашли, где устроиться, и уселись друг против друга за деревянным столом, возле кровати старика.

– Ты голоден? – спросил лагман.

– Это подождет.

– Когда еда ждет, валькирии скачут, – Торгни перегнулся через стол и понизил голос. – Расскажи, что ты узнал.

– Это Стирбьорн.

– Что с этим выскочкой?

– Беглецы, за которыми ты меня послал. Они вернулись ради войны.

– Стирбьорн готовит поход против Эрика?

– Не до конца уверен, но полагаю, что так.

Торгни отпрянул от стола, упершись в его край пальцами обеих рук.

– До меня, конечно, доносились слухи. Он возглавил йомсвикингов. Но он ходил на датчан. Я думал, это проблемы Синезубого.

– Видимо, так и было.

– Видимо, все изменилось.

– Что прикажешь делать?

Торгни опустил лицо, его голова склонилась – эта поза свидетельствовала о том, что он глубоко задумался. Когда Торвальд впервые встретил лагмана и заметил эту его привычку, он подумал, что старик, наверное, засыпает. Может быть, именно так порой и случалось, хотя Торгни это отрицал.

– Иди на восток, к морю, – в конце концов изрек Торгни. – Если Стирбьорн идет, он ведет свой флот через Меларен.

– Да, лагман.

Торгни поднял голову, и его глаза встретились с глазами Торвальда, как если бы старик мог его видеть, и казалось, что он хотел еще что-то сказать.

– Да, лагман?

– Почему сейчас? – спросил старик, обращаясь, скорее, к самому себе.

– Прошу прощения? – Торгни повысил голос.

– До сих пор наше Братство с успехом удерживало Орден от вторжения в эти земли. Но вот наш враг здесь, и мы должны быть начеку.

Хавьер вдруг осознал, что оба эти человека были ассасинами, один – наставником, другой – учеником. Значит, Торвальд занимался тем, чего Торгни больше не мог.

– Почему ты упомянул Орден?

– Я беспокоюсь о том, что Стирбьорн принесет с собой.