Она любит плохих парней

 – И кто у нас новая цель?

Слабая улыбка растягивает пересохшие губы, и я вспоминаю отпадную задницу, спрятанную за серой тканью брюк.

– Дорохов Дарий Викторович, – неторопливо озвучиваю я.

– Твою мать, Катя! А на президента чего не замахнулась?!

– Да он как бы староват. Так ты его знаешь?

– Кого, президента? Конечно! Номерок дать?

– Нет! – хрипло смеюсь я. – Дорохова ты знаешь?

– Немного. Он вел у нас информатику в прошлом году. Хороший мужик. Вежливый, понимающий, с чувством юмора и приятной наружностью.

– Приятной?

– Не в моем вкусе, но он и правда неплох.

– Это точно, – задумчиво отвечаю я.

– Кать, ему лет тридцать. Может, чуть меньше. Он не купится на твои гениальные шаги, даже если ты спустишься к нему с неба на парашюте в форме сердца.

– Это понятно. – Я хватаю салфетку и вытираю нос, немного успокоившись. – Мои шаги рассчитаны на молодых мажоров и сломленных плохишей, а для взрослых и уверенных мужиков нужно что-то покруче.

– Идеи есть?

Указываю на стопку книг и отвечаю почти радостно:

– Полно!

– Кто бы сомневался, – бурчит Тоша.

– А что такого? Кто-то же это все придумал. Остается перечитать пару романов о преподавателях и студентках и выбрать подходящие сценарии, но сначала – сбор информации об объекте. Нужно узнать, кто он, какой типаж. Как живет, чем дышит, кто ему нравится, чего боится. Я уже поняла, что Дарий принципиально не встречается со студентками, любит извинения и сто процентов ходит в зал или занимается каким-то спортом. А ты что скажешь?

– Что ты сумасшедшая.

– Давай без очевидностей. По делу.

– Ну-у-у, – тянет Тоша, поднимая взгляд к потолку. – Он еще не совсем препод, а только аспирант. Ездит на белой «Camry», обожает рубашки.

– Это все?

– Кать, если ты уже и так знаешь, что он не встречается со студентками, то…

– Скоро я перестану быть для него только студенткой, – заявляю решительно.

– Это как?

– Еще не придумала, но… – Ударяю краем своего бокала о бокал Тоши. – Это лишь вопрос времени.

– А тебе и правда полегчало.

Холодок тоски пролетает по кистям рук и поднимается к локтям. Сжимаю пальцы и делаю несколько спасительных глотков. Легче не стало ни капли, но, по крайней мере, теперь мне будет чем заняться, вместо того, чтобы сидеть и жалеть себя.

– Тош, а у тебя как дела? – с искренним интересом спрашиваю я. – Что я пропустила?

– Целую жизнь, – усмехается он.

Первая бутылка вермута улетает незаметно, вторая не заставляет себя долго ждать.