Будь моим телохранителем

– Клянусь! – Я поднимаю ладони в знак капитуляции.

Отец еще мгновение щурится и в итоге одобрительно кивает, показывая мне свое доверие. Но сегодня я и правда не желаю ничего, кроме парочки коктейлей и хорошего SPA-массажа.

Гектор

Я прохожу в подсобный кабинет, где за рабочим столом сидит Аластер О’Доннелл. Он внимательно изучает под лупой драгоценный камень, всем своим видом демонстрируя мне отчуждение. Чертов старик, набивает себе цену.

– Чтобы отличить явную подделку, не нужно быть экспертом, – хрипит он, прежде чем поднять на меня взгляд с расчетливой улыбкой.

Он кивком указывает мне сесть напротив и протягивает через стол раскрытую ладонь с бриллиантом.

Нужно быть полным дебилом, чтобы рискнуть обмануть этого человека.

– Просто замечу, – говорю я, опускаясь в кресло, – что если они не в силах оценить собственную жизнь, то это были плохие эксперты.

Аластер кивает.

– Плохого не держим.

На мгновение мы замолкаем, и я беру камень, чтобы рассмотреть все его изъяны.

– Я принимаю ваше предложение, – нарушаю тишину коротким заявлением и аккуратно кладу бракованную вещицу на стол.

На долю секунды бесстрастная маска исчезает с лица Аластера, но непроницаемая сталь в глазах тут же возвращается обратно.

О’Доннелл тихий и сдержанный человек, но я прекрасно знаю, что скрывается глубоко внутри. Там ярость.

– Это хорошая новость, парень.

Мы пристально смотрим друг на друга.

– Я надеюсь на твой профессионализм.

– Не переживайте, в моем бизнесе нет места ошибкам.

– Я рад, что мы это уладили. Приезжай вечером, я познакомлю вас.

Глава 7

Гектор

Я опускаю голову на подушку, пытаясь расслабиться. Тело кажется сплошным клубком нервов. Потому что с того момента, как дал свое согласие О’Доннеллу, больше спокойствия не ощущаю.

И навряд ли смогу.

Вновь поднимаюсь и беру со стола досье нового клиента. Держа одной рукой фото девушки, второй тянусь за полупустым стаканом с виски.

– Мерф, – пробую ее имя на вкус и делаю глоток терпкой жидкости. Но не знаю, что больше обжигает: виски или золотисто-карие омуты, смотрящие мне прямо в душу.

Я видел сотни красивых девушек, но в этой есть что-то особенное. Что-то опасное. И свирепое. О да. Она прекрасна в гневе. Блядь. Это нехорошо. Очень нехорошо. Взглядом прохожусь по пухлым губам и с ухмылкой задерживаюсь на обманчиво милой ямочке на щеке.

Чертенок.