Шторм страсти

Габриэль поднял ее, протянул девушке, и стараясь смотреть только на ее лицо, одними губами, чтобы никто не услышал, сообщил:

– Леди Аврора, я капитан Габриэль Хокинс, прибыл из Англии, чтобы обсудить условия вашего освобождения.

Схватив накидку, девушка закуталась в нее так плотно, что стала похожей на монахиню, только это ничего не изменило: она по-прежнему выглядела как богиня.

На лице леди Авроры отразился целый вихрь эмоций: стыд, гнев, унижение, но вместе с тем смелость и решительность. Это было лицо женщины, созданной для того, чтобы ею восхищались.

Справившись с собой, леди Аврора заговорила: еле слышно, но так, словно ничего шокирующего не было и в помине:

– Я очень рада видеть вас, капитан Хокинс, и благодарна отцу.

– Нет-нет, меня прислала леди Лоуренс.

Рори закусила губу.

– Значит, отец не смог найти нужную сумму, поэтому мать собрала, сколько смогла, и послала вас сюда в надежде, что вам удастся меня вызволить?

– Вы лучше меня знаете своих родителей. – Немного помедлив, Габриэль добавил: – Я не встречался с вашим отцом лично, но слышал, что он очень о вас беспокоится.

Рори печально улыбнулась.

– Не знаю, сколько денег смогла собрать моя мама, но уверена, что намного меньше пятидесяти тысяч фунтов. Надеюсь, вы умеете вести переговоры.

– Вполне, но сила моя не в этом, а в знании местных обычаев и языка. Как у вас дела? С вами хорошо обращаются?

– Да, если не принимать во внимание то обстоятельство, что меня заставляют появляться обнаженной перед мужчинами, которые проявили бы больше уважения, будь я лошадью, – с горечью ответила Рори.

Габриэль поморщился, а девушка добавила:

– Мне пришлось перенести весьма неприятную процедуру. Малек хотел убедиться, что я девственница: ведь это существенно повышает цену, – но в остальном со мной обращаются хорошо. У нас удобное жилище, вкусная еда, нас обучают турецкому языку и местному арабскому диалекту. – Рори еле заметно улыбнулась.

– Одни певчие птицы прекрасно живут в клетке, – тихо заметил Габриэль, – а другие бьются о прутья до тех пор, пока их сердце не разорвется от желания обрести свободу.

Рори судорожно вздохнула.

– Именно так.

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы освободить вас.