Смерть на винограднике

Какой-то врач в белом халате вышел из палаты мадемуазель Монмори и остановился, увидев полицейских.

– Здравствуйте! – Он пожал им руки. – Я доктор Шарнэ. Приятно видеть, что палату мадемуазель Монмори бдительно охраняют.

Жюль Шельфер прочитал имя врача на бейдже и внимательно изучил его лицо. Ему хотелось запомнить имена и лица всех сотрудников больницы, посетивших палату мадемуазель Монмори.

– Я врач-специалист, – пояснил его собеседник, заметив, что молодой полицейский изучает бейдж с его именем. – Хорошего вечера, – пожелал он, взглянув на часы.

 – Надеюсь, скучать вам здесь не придется. А если все-таки станет скучно, можно пофлиртовать с медсестрами, – со смехом добавил он.

– До свидания, доктор, – отозвался Фламан.

Врач помахал рукой на прощание и что-то сказал медсестрам. Жюль увидел, как одна из них поморщилась, когда он отошел от двери палаты. Роже появился внезапно, от него несло куревом. Вздохнув, Фламан повторил все то, что уже выслушал Жюль.

– Вы сменяетесь с дежурства в пять вечера, – добавил Фламан, обращаясь к ним.

 – Думаю, и без слов ясно, что перекусить и по другим делам вам разрешается ходить только по одному. Я хочу, чтобы один из вас постоянно находился здесь.

Рыжий новичок смущенно переминался с ноги на ногу, и Фламан сообразил, что ему, наверное, не терпится в уборную.

– Можете идти, – разрешил он. – Выспитесь как следует. Завтра увидимся.

Увидев, как новичок припустил по коридору, Роже рассмеялся.

– А комиссар Полик сегодня заедет? – спросил он.

– Скорее всего, – кивнул Фламан. – Сейчас он в банке, опрашивает сотрудников. А потом может и приехать вместе с судьей Верлаком.

– О-о… – застонал Роже. – Вот черт!

– А в чем дело?

– Хорошо еще, что он не притащился праздновать твою помолвку, – да, Ален? – хлопнув Фламана по руке, продолжал Роже.

Жюль уставился на него, не веря своим глазам. С судьей он не был знаком, но не понимал, как Роже может говорить о начальстве в таком тоне.

– Ну, хватит, – прервал его Фламан.

 – Думай, что говоришь, Роже.

Попрощавшись с заступившими на пост офицерами, Ален Фламан направился прочь по коридору, думая о своей невесте, с которой должен был увидеться сегодня вечером, и о судье Верлаке. Интересно, чем он вызывает такое острое раздражение окружающих? Неужели он и вправду такой сноб? Да, на вечеринке по случаю помолвки Алена судьи не было, а если бы его пригласили? Фламану стало неловко: он не любил обходить вниманием кого бы то ни было.