Сад нашей памяти

Так или иначе, но ей нравилось составлять в уме целые списки возможных бед и катастроф. Какое бы ни намечалось у нее важное событие, Либби мысленно составляла перечень всего, что ей могло бы помешать. Впоследствии, уже учась в колледже, она не могла лечь спать, не сделав все домашние задания, не заправив кофеварку, не приготовив на завтра одежду. Мать, помнится, в шутку называла ее перестраховщицей, что порой заходило в Либби даже слишком далеко. Так вот, на пару они – и мать, и дочь – подробно расписывали для себя возможные мелкие неприятности, в то время как над ними зловеще кружили куда более крупные беды.

К счастью, на сегодня в мысленном списке у Либби не значилось ничего катастрофического. «Просплю будильник, поднимется ураганный ветер с ливнем». Еще там значилось: «Вильну с дороги, объезжая оленя. Размоет дороги (по причине ливня) и закончится бензин».

– Вроде успеваем вовремя, – сказала Сьерра, кинув подруге еще один батончик с мюсли. – Но лучше уже выдвигаться.

Либби подхватила сумку с фотокамерой и свою дамскую сумочку и поспешила к машине. Сложив вещи на заднее сиденье, скользнула за руль. Как только Либби завела двигатель, Сьерра села с ней рядом на пассажирское место и пристегнула ремень. Либби тоже пристегнулась и убедилась, что бак полный.

Сдавая назад по подъездной дорожке, Либби глянула на дом:

– Кофеварка выключена?

Сьера глотнула взятый в дорогу кофе.

– Так точно. А еще вымыта и вытряхнута.

– Умница. Не хотелось бы, чтобы у твоей мамы сгорел дом.

Сьерра опустила козырек с зеркальцем и, поднеся пальцы к губам, убедилась, что губы и ногти накрашены в тон.

– Можешь исключить из своего списка «Сгорит дом».

Уголки губ Либби тронула улыбка. Машина уже ехала по окаймленной деревьями дороге к Главной улице, которая, собственно, была единственной транспортной артерией в их городке.

Блюстоун с численностью населения в две тысячи человек примостился в небольшой долине у подножия гор Голубого хребта.

Немецкие, английские и шотландские поселенцы обосновались в этих землях на границе Вирджинии еще в середине восемнадцатого века, и на протяжении поколения разбросанные вокруг Блюстоуна фермы соединялись со всем прочим миром лишь большим гужевым трактом Грейт-Вэгон-роуд. Железная дорога так никогда до Блюстоуна и не дошла, однако в конце концов достаточно близко к городу подобралась соединяющая штаты федеральная автомагистраль.