Черви

Пару раз приходил к помощи снотворного, и даже была мысль закидаться им и умереть без боли и мучений.

– Я тебе просто хочу помочь, – в голосе Максима прослеживалась нотка сожаления. – Это не всегда трудно пережить одному.

– Нет – и точка. Ты меня слышишь. Не учи меня, что делать. Я похоронил четыре года назад свою мать, так что я не ребёнок, которому надо объяснять, понимаешь? Мне ни хрена не нужна твоя помощь никаким образом. Мне хорошо одному.

Андрея начинала злить чрезмерная настойчивость Максима. Андрею хотелось послать его ко всем чертям и один раз врезать по лицу, сломав нос, как той дуре медсестре.

– Это неправильно, – произнёс Максим, словно не слышал его. – Тебе надо с кем-то общаться, а у тебя только дом и работа. Я узнал у Марка: ты на работе сидишь, уткнувшись в компьютер.

– Я не пойму, что ты хочешь сказать, что я должен начать общаться с людьми? Мне и так хорошо, понимаешь? И пошёл на все четыре стороны!

С этими словами Андрей закрыл дверь, а Максим не стал сопротивляться, поняв, что ничего не добьётся.

– Пошёл в задницу!

После этого короткого и банального разговора у Андрея разболелась голова. Он ненавидел глотать таблетки, но иногда приходилось, как в этот раз, потому что он знал: если не примет вовремя, то боль будет если не адской, то близко к этому.

Вытащив пачку анальгина, Андрей выдавил из пластинки две таблетки сразу, чтобы была уверенность, что боль пройдёт.

Зайдя на кухню, он почувствовал холодок, пробежавшийся по телу, покрывая гусиной кожей.

В голове возник сразу вопрос. А стоило всё это хоть чего-то? Его жизнь отправится в темноту, откуда никогда не вернётся больше. Может, это и есть единственный выход в его ситуации? Потому что Андрей сам понимал: так долго не может продолжаться никаким образом. Его жизнь превратилась на пародию самой жизни, как бы это иронично и не было. Каждый раз, когда он глотал таблетки то от боли в голове, то от диареи, боли в сердце, этот вонючий корвалол, возникал вопрос: может, нажраться этим таблетками и лечь на кровать? Отправиться туда, где ничего такого не будет, и если рай есть, то увидеть жену?

– Мерзость, – произнёс он вслух, поставив стакан на стол.

Покончить со своими проблемами, физическими болями и бумажками. А потом не надо будет думать, где взять ту или иную сумму, чтобы оплатить коммуналку.