Diablo. Черная дорога

Старик прихлопнул горящую ткань:

– Будь проклята твоя дурость, Нуллат. Ты чуть не поджег меня.

– Примите мои извинения, мастер, – пробормотал Нуллат, отдергивая факел так поспешно, что пламя едва не потухло. На том месте, где лежала головня, осталась блестящая лужица вздувающегося горячими пузырями масла.

Чолик продолжал бы бранить служку и дальше, но его вдруг охватила неожиданная слабость. Жрец едва устоял на ногах. Зажмурившись, он попытался остановить неистовое головокружение. Заклинание, брошенное так скоро после того, которым он припугнул Райтена, к тому же куда более сильное, истощило его.

– Мастер, – окликнул Нуллат.

– Заткнись, – процедил сквозь стиснутые зубы Чолик.

Голос оказался таким хриплым, что он и сам удивился. Желудок переворачивался от тошнотворной вони паленого волоса и горелого мяса, наполнившей подземелье.

– Слушаюсь, мастер.

Заставив себя вдохнуть, Чолик сосредоточился на главном. Руки его тряслись и болели так, словно у жреца не осталось ни одного несломанного пальца.

«Как так получилось, что Свет может создать человека, наделить его могуществом – и все это лишь для того, чтобы содрать с него смертную плоть, связывающую его с этим миром?» – Именно этот вопрос заставил жреца отвернуться от учения Церкви Закарума почти двадцать лет назад. С того времени он занялся погоней за демонами. Они, по крайней мере, дают вместе с силой еще и бессмертие… в некотором роде.

Когда слабость немного отпустила, Чолик открыл глаза.

Нуллат сидел на корточках рядом с ним.

«Он пытается съежиться, стать как можно меньшей целью на тот случай, если где-то еще остались мстительные крысы», – решил Чолик. Жрец осмотрелся.

Магический огонь очистил подземные покои. Повсюду валялись дымящиеся обугленные тушки мертвых крыс. Обгорелая плоть отслаивалась от костей, распространяя жуткое зловоние. Откуда-то раздавался жалкий писк нескольких выживших, явно не намеревающихся показываться из укрытий.

– Вставай, Нуллат, – приказал Чолик.

– Да, мастер. Я просто хотел подхватить вас, если вы упадете.

– Я не упаду.

Глаза Чолика опустились, остановившись на чернеющем слева провале. Тщательное исследование не обнаружило в нем дна, но наверняка где-то далеко-далеко внизу оно было. Землекопы сбрасывали в эту пропасть тела погибших рабов и другие трупы, а также мусор, извлеченный из туннелей.