Вернуться на «Титаник»

– Кто это был? – тревожно, едва сдерживая крик, схватила она за руку Джона.

– Ты слышала кто это был, – тихо ответил Джон.

– Республиканцы? – охнула Анна.

– Да, республиканцы, – сказал Джон, – Кнак Стрелок, собственной персоной. Оставил нам подарок. Добрались таки они и до нашей семьи.

– Я сколько раз тебе говорила, что надо уезжать к моему брату в Лондон! – вскрикнула Анна, но муж одёрнул её строго посмотрев.

– Что мы теперь будем делать? – не успокаивалась Анна.

– Для начала позови мальчиков, – ответил Джон, – пусть перенесут его в подвал и перевяжут рану.

А девочки пусть уберут тут всё. Я останусь здесь и посчитаю убытки. Утром пошлём за доктором, а там будет видно. Хотя… – он помолчал, – хотя что там считать? И так всё ясно, что будет теперь.

– Может вызвать полицию? – предложила Анна.

– Что ты говоришь, дорогая? – посмотрел спокойно на неё Джон, – один факт того, что этот парень здесь, уже повод нас выбросить на улицу, позови ты хоть самого короля! Какая разница кто нас сожжёт? Полиция, республиканцы, военные? Давай не будем раньше времени звать их с факелами к себе в дом?

…Солдаты ворвались утром и сволокли в семью в этот же самый паб.

Стояла такая тишина, что было слышно даже мух бьющихся об стекло в окне.

Офицер прохаживался по залу, время от времени поглядывая на Сейджей выстроенных в ряд лицом к стене.

Солдаты выволокли из подвала раненого и швырнули на пол, на середину зала.

– Итак, – начал офицер, – значит вы все как один утверждаете, что этот раненый бандит, всего лишь неизвестный вам человек, которого вы нашли на пороге своего дома, ночью?

Он встал над раненым и посмотрел на него.

Смотрел долго, несколько минут показавшихся вечностью.

– И кто же это, всё-таки? – повторил свой вопрос офицер.

– Мы не знаем его имени, – выдавила из себя Анна, – мы не можем Вам его назвать, сэр.

– Не знаете имени, не знаете кто это, и тем не менее он оказался в вашем доме? – усмехнулся офицер и пнул раненого.

Раненый застонал.

– Мы всего лишь проявили христианское милосердие, – ответила старшая дочь Джона и Анны, Стелла.

– Христианское милосердие? – словно удивился и поверил офицер, подошёл к дрожавшей Стелле и заглянул ей в лицо, – хорошо, – кивнул он, – умница, мисс.

Он схватил её за волосы и потащил на середину зала. Стелла упала и закричала от боли, а следом за ней закричали и заплакали от ужаса дети, младшие сёстры, Дороти и Констанца, и младший брат Энтони.