Вернуться на «Титаник»

– Отец! Отец! – разбудил Фредди не только отца, но поднял с кроватей всех кто в их доме был, – там партизаны! Они с оружием! С ними раненый!

– Кто, Фред? – ворчал Джон вставая с кровати.

Фредди зажёг свет.

– Да просыпайтесь же! – закричал он от отчаяния.

– Что случилось? – поднялась следом мать.

– Спи, Анна, – раздражённо приказал ей Джон, глянув сердито на сына, – ты какого чёрта разбудил всех за полночь?

– Там партизаны, – тихо проговорил Фредди и мать подскочила с кровати.

– Да угомонись ты, дура старая! – крикнул ей, накидывая халат, Джон и вытолкав сына из спальни погасил свет.

– Все по комнатам! – закричал он, увидев разбуженных и напуганных детей, едва вышел в коридор.

Вместе с Фредди Джон спустился вниз, в паб, где остановился возле барной стойки.

Джон молча рассматривал ночных посетителей. Так же молча, заметно нервничая, рядом с ним стоял Фредди.

Наконец, главный посмотрел в их сторону.

– Я, так понимаю, Вы и есть мистер Джон Сейдж? – подошёл главный дыша Джону в лицо.

Джон попятился назад от перегара которым тот дыхнул на него.

– Знаешь кто я? – спросил главный.

– Не мудрено догадаться, – ответил Джон, – и не скажу, что рад вашему визиту, сэр Генри Кнак по прозвищу Стрелок.

– Ну вот и познакомились, – усмехнулся Кнак отойдя от Джона, – мы оставим тебе на попечение нашего солдата. Свободная Ирландия не забудет твоей услуги оказанной нашему общему делу борьбы за независимость, мистер Сейдж. А после победы мы возместим все убытки причинённые тебе сегодня ночью.

Джон подошёл к раненому солдату.

– Ему нужен врач, а не пивовар, – оценил Джон рану и глянул на Кнака.

– Мы знаем, – ответил Кнак, – и потому мы оставляем его тебе. Ты же знаешь, что врач будет первый к кому нагрянут англичане? Постарайся, чтобы врач появился, старина Сейдж, – усмехнулся Кнак.

Он подошёл к Джону и положил ему руку на плечо.

– Я знаю, ты постараешься, – глянул Кнак Джону в глаза и изменился в лице, – просто дочки у тебя красивые.

Кнак убрал руку, повернулся к солдатам и прошёл к выходу.

– Пошевеливайся! – прикрикнул он, – ночь не вечна, ребята!

Ночные гости ушли так же как и появились, внезапно. Джон остался стоять посреди паба, где уже валялись окурки и пустые бутылки. На столе, прямо перед ним, лежал раненый солдат. Джон снова посмотрел на него.

В паб вбежала Анна.