Проклятая. Против судьбы

Уговорила меня послушаться отца и отучиться здесь хотя бы год, параллельно занимаясь музыкой в свободное время. Если станет совсем невыносимо, отчислюсь.

Еве захотелось утешить парня, и она положила ладонь на его руку.

– Мне очень жаль, – с нескрываемым сочувствием сказала она.

– Все в порядке, – взбодрился Пол, – мы же не о моих родителях сюда болтать пришли, а я вывалил на тебя, незнакомую девушку, свою жалкую историю… – внезапно сообразил он. – Прости, пожалуйста, и попробуй скорее торт. Надеюсь, он искупит мою вину.

– Твоя история не жалкая, – Ева уверенно посмотрела ему в глаза и серьезно попросила. – Никогда больше так не говори.

Дверь кофейни хлопнула – вошли две девушки и устроились за соседним столиком. Ева вздрогнула и отдернула ладонь. Она вдруг поняла, что держит за руку едва знакомого человека, и кто знает, что он подумал о ней. Чтобы скрыть смущение, она взяла ложку, отломила кусочек бисквита, положила в рот… и чуть не выронила прибор. Ее глаза расширились от удивления:

– Ммм, это же шоколадный шоколад в шоколаде, еще и с вишней!

Пол засмеялся:

– Как ты сказала? Шоколадный шоколад? Это их фирменное блюдо – немецкий шоколадный торт с вишней, называется «Черный лес».

– Ой, все, – надула губы Ева, сделав вид, что обиделась.

Пол с недоумением посмотрел на нее:

– Я тебя обидел? Прости, пожалуйста, я не хотел… – начал было извиняться он.

Но Ева уже не выдержала и рассмеялась сама.

– Попался!

– Ах ты, мошенница, – Пол понял, что его провели, и поддержал девушку широкой улыбкой.

С ним было так легко болтать обо всем. Ева давно не чувствовала себя настолько естественно и свободно, как в тот момент, когда они вместе смеялись над ее глупой шуткой.

Она взяла стаканчик с кофе и сделала глоток – латте тоже оказался очень вкусным и ароматным, с легким привкусом ванили. Она порадовалась, что Эмиль не смог встретиться с ней, и они с Полом волей судьбы оказались в таком замечательном месте.

Телосложение у него было сухощавым, но не болезненно худым. Русые волосы слегка закрывали лоб, плавные линии скул делали лицо мягким, а глаза, скрывавшиеся за несуразными очками, поражали своей яркой синевой. Словно смотришь в чистое, безоблачное небо летним днем.