Закат человечества

Мой кабинет находился на втором этаже, и я машинально двинулась в сторону лифта. И в тот же момент из ведущей в столовую двери выскочил парень в нелепом зеленом костюме. Причем так внезапно, что я не смогла увернуться, и он со всей дури ударил меня по предплечью. Я пошатнулась. Не справилась с дикой болью и застонала, схватившись за место ушиба.

– Прошу Вас, простите, – промолвил он с легким испугом, – я не хотел. Это вышло случайно. Простите…

– Да… Разумеется… – скрючившись в адских мучениях, я прислонилась к спасительной мраморной стенке.

– Вы… Вы в порядке?

– Ох… Право, уже и не знаю. Надеюсь, все в норме, – я прикусила губу.

– Сбегать за помощью?

– Лучше не стоит. Однако… Будьте любезны, пройдемте со мной наверх.

Он согласился. Конечно, его «преступление» вряд ли тянуло на статус большого греха. Но в наше время и самый малейший проступок казался опасным… И были тому подтверждения.

– Как вас зовут? – нужно было унять напряжение.

– Сергей. Я не здешний. Приехал в Москву по делам.

– Снаружи Ваш «хаммер»?

Вопрос был слегка неуместным, но он не обиделся.

– Да. Это важно?

– Отнюдь.

Как же забавно. Пускай нас казнят за бесчестие, мы все равно потакаем глупейшим желаниям. И даже в страхе быть стертыми с лика планеты не можем отбросить свои дорогие игрушки. Хотя – буду честной – в условиях нового века богатств нашей расы хватило на все население. Так что, возможно, стоявший на улице «хаммер» был лишь подарком от канувшей в небыль эпохи.

– Меня зовут Элла, – я первой шагнула в дверь лифта и улыбнулась, стараясь не выглядеть стервой.

– Вы здесь работаете?

– Да. Со времен института. Почти десять лет…

– А на вид Вы совсем еще юны.

– Не нужно мне льстить, – я покрылась пунцовой краской и отвернулась, чтобы он не заметил смущения.

– Вы замужем?

Господи! Что он себе позволяет? Решил соблазнить вопреки всем суровым законам?

– Была. Но давно. А теперь я свободна как птица. Вы знаете, ныне непросто создать отношения…

– Наверное. Впрочем, я тоже лишился подруги.

– Измена? – я вздрогнула. Слово повисло над нами и, развалившись, обрушилось на пол кабины. Он не ответил. Но взгляд, устремленный сквозь стену, сказал мне чуть больше, чем просто обычное «да».

– Я… Извините….

Мы медленно вышли из лифта с тяжелыми мыслями: каждый о прошлом своем. Боль поутихла. Однако при резких движениях я глупо морщилась, чтобы не выдавить стон.

Этаж был пустым.