Карфаген

А самое главное – всё это великолепие происходило на глазах у Димы. И то, с какой жадностью муж пожирал увиденное, режущей болью отдавалось в сердце.

Да и сама я, скользнув по подруге взглядом, помимо ревности испытала зависть. В сравнении с ней вся моя красота разом спустилась на ступень посредственности. Оно и понятно: я была пофигисткой, а Маша тщательно работала над фигурой. Фитнес, массажи, еженедельный спа – всё это сделало из неё богиню. Почти такую же, какой была Людмила, чьё изваяние украшало офис.

– Ника, ау! – прервав мои размышления, подруга ткнула мне ногой в колено.

– Да, извините… – я опустила взгляд на заскользивший по лодыжке палец. И застонала – он даже без лака казался неким эталоном женственности. – Всё слишком серьёзно. Совсем другие задачи и очень много непонятных требований.

– Ну, это нормально. Зато через пару лет сможешь потратиться и на “лексус” мужу.

Спонтанная шутка, вырвавшаяся у Маши, едва не стала роковой ошибкой.

– Неактуально. Спасибо тебе за всё, но тут мы как-нибудь разберёмся сами.

Маша кивнула. Прекрасно зная мужчин, она почувствовала, что перешла границу. Но извинение, как настоящая женщина, сочла ударом по своему достоинству.

– Пожалуй, пойду, – у мужа на этот счёт нашлось единственное проверенное решение. – Веник в предбаннике. Если будет желание, можете смело отдохнуть по-взрослому.

– А ты умеешь? – в вопросе Маши ко мне я уловила странную заинтересованность, вполне достаточную, чтобы в моём сознании сформировался мощный фронт протеста. И в то же мгновенье разгорячённый мозг родил поистине немыслимую идею.

– А может, Дима? Веник такое дело, что безопаснее обратиться к профи.

Муж резко замер на полпути к двери, будто сражённый томагавком в спину.

– Ника? Ты что? – на Машу моё решение тоже свалилось словно снег на голову.

– Так будет лучше, – короткий чёткий ответ поставил точку в бесполезном споре.

Поколебавшись, она залезла на полку, с немой покорностью избавившись от полотенца. Легла на живот, прижала руки к груди и, сдвинув ноги, вытянулась по струнке. Вся в моей власти. Вернее, во власти Димы, уже вернувшегося с огромным веником.