Не суждено любить

Она уже находилась на грани…

– Боже, какая ты горячая, – прохрипел он.

– Ты разжег этот огонь.

В глубине души Ава знала, что этот огонь погубит ее. Но сейчас она была слепа ко всему, что происходило, кроме того урагана чувств, который бушевал в ней.

Чезаре участил движение пальцами и обхватил губами сосок Авы. Он накрыл губами ее рот, заглушив ее крики, когда она вздрогнула от накатившего волной экстаза.

Внешние звуки стали медленно возвращаться, когда оргазм утих. Мускусный запах Чезаре смешивался с запахом возбуждения.

Они стояли в холле, едва скрытые решетчатой аркой от посторонних глаз. В любой момент кто-то из прислуги мог пройти мимо них, но Аву это не волновало.

– Теперь твоя очередь.

Она посмотрела Чезаре в глаза, в них полыхало пламя. Ава потянулась к молнии его брюк. Она никак не ожидала, что он с силой перехватит ее руку:

Нет.

Глава 3

Ледяной холод, сковавший Аву, окончательно прогнал сладостный туман из ее головы.

– Ты же хочешь меня, я знаю, – выпалила она, ошеломленная мыслью, что он собирается это отрицать.

– Это не имеет значения.

– Ах ты ублюдок! Ты хотел меня унизить! – Аву вдруг затошнило от презрения к самой себе.

– Я просто хотел доказать, что ты не права. Страсть – одна из эмоций, от которых я получаю удовольствие.

Она опустила глаза, досадуя, что поддалась на его уловку.

– Ты хочешь сказать, что я позволяю страсти управлять моей жизнью? – Ава готова была провалиться со стыда.

– Ты только что подтвердила это.

– Так весь этот спектакль был ради меня одной? Что ж, надеюсь, ты собой гордишься.

Чезаре сделал шаг навстречу и провел пальцем по ее припухшей губе:

– Даже очень. Приятно осознавать, что ты до сих пор таешь в моих руках как воск.

Ава поправила одежду:

– Конечно, ты можешь доминировать надо мной подобным образом. В конце концов, я женщина из плоти и крови. Но ты также доказал, что ты абсолютно бессердечный и можешь полностью контролировать свою жизнь. Так что извини, если я не слишком искренне верю причинам, по которым ты тут находишься.

Чезаре внезапно отдернул от нее руку, словно она была заразной. На какое-то мгновение он выглядел почти обескураженным.