Полый мир

 – А мне всегда казалось, что ложный свет – это нечто потрясающее. Особенно, если много времени проводишь сверху, на траве. Никак не отличить от настоящего.

– Ну, ты-то, может быть, и не отличишь, – сказал Вин.

– Да, наверно, на взгляд опытного специалиста…

– Вот именно.

– Вы серьезно? – не выдержал Эллис. – Уж не знаю насчет опытных специалистов, но я вижу солнечный свет. А я всю жизнь провел под настоящим солнцем. Это просто чудо. Так красиво!

– Не думаю, что вы способны оценить красоту. У вас нет нужной квалификации, – сказал Вин.

Прозвучало это как оскорбление, но Эллис не разбирался в здешних обычаях. Древний римлянин тоже наверняка бы обиделся за своего бога войны, если бы окружающие стали обсуждать полеты на Марс. Начинать скандал из-за недопонимания – последнее дело. В этом доме он был гостем, да и вдруг это такая шутка? Эллис решил, что лучше вести себя поскромнее.

– Моя жена бы с вами согласилась. Никогда не понимал, чем хороши обои, которые она выбрала, а уж в платьях вообще не разбирался.

Вин ухмыльнулся.

– Да уж, Пакс, ты откопал настоящего неандертальца. Признаю, поначалу я сомневался, но теперь все понятно. Придется ужинать вместе с варваром, который готов завыть на луну в любую минуту. Право же, тебе следовало спросить разрешения. Тогда мы бы хоть гостей пригласили, чтобы они тоже взглянули на эту нелепость. Нужно сделать граммы, иначе нам никто не поверит.

А вот это уже точно оскорбление! Но прежде чем Эллис успел ответить, призрак оперы покинул салон, скрывшись под одной из арок.

Пакс неловко поджал губы.

– Кажется, вы обидели Вина.

– Это я его… ее… обидел этого Вина? Ведет себя, как дурак какой-то.

Пакс округлил глаза.

– Поймите, Вин художник!

– Да, я понял. Рисует симпатичные картинки, которые ни в какое сравнение не идут с этим прекрасным видом. Разве рисунок может быть лучше настоящего пейзажа? По мне, так это обычное бахвальство.

Пакс кивнул.

– Значит, ложный свет?

– На первых подземных фермах было искусственное освещение для растений, а людям приходилось обходиться без солнца. Они жили в крошечных кабинах. Но человеку тоже нужен свет, и очень скоро работники начали тосковать. Они все время пытались вернуться наверх, на траву, и работали из рук вон плохо.