Кочевники поневоле

Как вам она, шеф?

– Хороша, весьма хороша, – Ловкач одобрительно кивнул.

У девушки, запечатлённой на фотографиях, были длинные золотые волосы, серые глаза, маленький слегка вздёрнутый носик и родинка-завлекалочка на правой щеке.

– Прикажете доставить?

– Прикажу, пожалуй, – Ловкач улыбнулся уголками пухлых губ на круглом, одутловатом лице. – Впрочем, постой-ка, голубчик.

Он замолчал. Дылда, хорошо изучивший привычки шефа, терпеливо ждал. Ловкача не звали бы Ловкачом, не держи он на уме множества хитроумных комбинаций.

И раз шеф задумался, то наверняка сейчас обмозговывал одну из них.

– Знаешь что, друг мой, – сказал, наконец, Ловкач. – Ты передай, пожалуйста, мальчикам, чтобы девочку не трогали и присмотрели за ней. Пускай понаблюдают с недельку, а отчёты присылают мне ежедневно. В особенности мне любопытно знать об отношениях нашей красотулечки с родителями. Ну, и c братьями-сёстрами, если у неё они есть. А там, так сказать, посмотрим. Возможно, я найду достойного и уважаемого человека, кому можно будет девочку сосватать.

Красивыми девочками интересовался друг и соратник хозяина Оливер Риган. А может, и не соратник, и даже не друг, такие подробности Ловкача не интересовали. В основном потому, что дружба в июле всегда была явлением временным и в любой момент могла обернуться враждой. Так или иначе, возможности оказать хозяину услугу Ловкач никогда не упускал, какого бы рода услуга ни была. А девочка откровенно красива, фигуриста и, по всему видать, знает себе цену. Риган стар и вдов, зато могущественен.

Вполне возможно, она его заинтересует. И, таким образом, Риган окажется у хозяина в долгу, а тот, в свою очередь, будет обязан ему, Ловкачу. С учётом того, что добра хозяин не забывает, вырисовывается неплохая комбинация.

– У тебя всё, голубчик? – осведомился Ловкач.

– Есть интересная новость из позднего октября. Заложники вернулись. Помните, шеф, декабриты взяли полтора десятка пленных? Хотели обменять на оружие, но им отказали.

Ловкач укоризненно покачал головой.

Вопрос, помнит ли он то, что непосредственно касалось работы, был неуместен.

– Простите, шеф, – поспешил загладить оплошность Дылда. – Подробности таковы: из шестнадцати человек вернулось четырнадцать. Один был убит при атаке на заслон, и ещё один, некий Курт Бауэр, решил не возвращаться.

– В каком, позволь спросить, смысле не возвращаться? – опешил Ловкач. – Он что же…

– По словам командира заслона, этот Курт влюбился в декабритку и остался с ней.