Кочевники поневоле

Цвет глаз в сумерках было не различить, но взгляд Снежана оценила сразу – он показался ей независимым и упрямым, таким же, как у неё.

Медведь, по-прежнему усмехаясь в усы, протянул ладонь размером с приличную лопату.

– Михаил Федотов, – представился он, перейдя с декабрьского на июльский, язык, на котором разговаривали во всех месяцах. – Можно просто Медведь.

– Курт Бауэр, – по-июльски ответил октябрит, пожал Медведю руку и добавил ему в тон: – Можно просто Курт. Так и запишите, когда поведёте расстреливать.

– Вас не расстреляют, – поспешно сказала Снежана. – Правда-правда, – она внезапно почувствовала, что краснеет: последние слова прозвучали наивно и совсем по-детски. – Меня зовут Снежана, – выпалила она. – Снежана Федотова. Медведь мой отец.

– Ладно, парень, – Медведь коротко хохотнул и размашисто хлопнул Курта по плечу. – Можно сказать, познакомились. Спасибо тебе.

Октябрит вопросительно поднял брови.

– Я видел вспышку от выстрела, – объяснил Медведь. – И видел, как ты увёл ствол.

Можешь считать меня своим должником.

– А ты уже рассчитался. Вот расписка, – пленный ткнул себя в кровоподтёк на правой скуле. – Выплатил всё сполна.

Снежана прыснула. Медведь, растерявшись на миг, подхватил смех, а через секунду хохотали уже все трое.

– Веселитесь? – сухопарый подтянутый октябрит, голубоглазый блондин с грубым, словно рубленым лицом, подошёл, выругался по-октябрьски и по-июльски продолжил: – Я бы тоже, если что, посмеялся. Правда, забавно, что завтра мы будем корчиться под пулями? Кстати, рекомендую нас повесить, я слыхал, с боеприпасами в декабре небогато.

Меня можете вздёрнуть в первую очередь, я командовал этими людьми и жалею лишь, что нас задавили числом. Будь нас не шестнадцать, а сотня, и посмотрели бы, кто кому вязал бы на шеи верёвки.

– Они говорят, что не убьют нас, Мартин, – Курт растерянно посмотрел блондину в глаза. – Девушка сказала, что не собираются убивать, – поспешно добавил он. – Её зовут Снежана. А это её отец, он…

– Не собираются? – прервал Мартин.

 – Что же тогда вы станете с нами делать, декабриты? С собой в декабрь ведь не потащите.

– Вам скажут об этом завтра, – ответил Медведь сухо. – Пока что можете спать спокойно – вашим жизням ничего не угрожает. По крайней мере, в ближайшее время. Пойдём, Снежанка. Курт, рад был сделать знакомство.

***

– Один из вас вернётся к своим, – сказал Фрол пленным, едва на востоке Нце посеребрил горизонт первыми лучами. – Он передаст наши условия.