Великий царь

– Ну, вот и конец испытаниям, – пробормотал он, убедившись, что эфеб лежит лицом вниз, и откинул носком сандалии в сторону скатившийся с головы противника шлем. Для верности Тарас бросил взгляд на Автония, наблюдавшего весь поединок, – не измыслил ли тот еще что-нибудь?

– Странно ты дерешься, – произнес будущий тесть, – но эффективно. Кто тебя научил?

– Один мастер, – туманно ответил Тарас и добавил, вспомнив удивление Эгора и Архелона, – из местных.

– Кто он? – уточнил Автоний. – Я его должен знать.

– Вряд ли, – напрягся Тарас, не желая продолжать этот разговор, – он учил меня в детстве и давно умер.

– Жаль, – нехотя отступил Автоний, – хороший был мастер, раз ты так запросто уложил пятерых моих лучших учеников, почти не используя меч. Можешь считать, что прошел испытания… родственник.

На этот раз по лицу бородатого крепыша Автония, скрестившего руки на груди, промелькнула настоящая улыбка, за которой не скрывалось никакого подвоха.

Окинув взглядом стонавших на поле битвы эфебов и не найдя глазами Елену, Тарас устало кивнул, как будто речь шла о рядовом событии, и отошел к ручью, который тек на дальнем краю поля, чтобы омыть свою рану.

Кровь уже почти запеклась, но губа была слегка надорвана. А попади эфеб чуть выше – иметь бы Елене одноглазого жениха.

Тарас перелез через ограждение. Раздвинув высокий, в рост человека, кустарник, который густо рос по обоим берегам и, зачерпнув ладонью воду, стал смывать кровь. Рана саднила и должна была еще некоторое время болеть, но Тараса отвлек от грустных размышлений внезапно раздавшийся голос.

– Ты храбро бился, воин, и теперь я принадлежу лишь тебе.

Тарас перестал скрести свою губу и поднял глаза, – перед ним никого не было. На другом берегу ручья лишь колыхнулся кустарник, словно с ним заговорила речная нимфа и, едва сообщив приятную весть, скрылась в водах. Правда, голос у нимфы был очень знакомый. И Тарас некоторое время ждал, не сводя взгляда с противоположного берега, отделенного от него лишь парой метров. И дождался.

Спустя мгновение из кустов появилась Елена, босая, в невесомой тунике и с распущенными волосами. Войдя в воду, она медленно направилась к нему. Глядя на это соблазнительное тело, обтянутое мокрой тканью, Тарас мгновенно позабыл все свои раны. Казалось, и кровь прекратила струиться из рассеченной губы.

Оказавшись рядом, она обвила его шею руками и приникла в поцелуе, нисколько не смущаясь кровоточившей раной. Даже напротив, осторожно погладив ее нежной ладонью.