Епитимья

По земле клубилась и заметала их следы невесомая дымка. Только сонный ветер недовольно гудел, встречая на своём пути незваных гостей.

Эмма впервые видела этот мир вблизи. В каждом дереве она находила что-то новое, будь то трещина в коре или причудливые корни, выглядывавшие из-под земли. Молчаливые хранители леса на короткое время забрали у неё усталость. Ей хотелось прыгать от счастья и прикоснуться к каждому из них, но её провожатый не давал ей остановиться ни на мгновение. Наверное, его можно было понять: молодой лес просматривался насквозь, а они отошли от дороги всего на пару километров.

Прилив сил оказался лишь иллюзией: бившая ключом энергия постепенно улетучилась. Снова Эмма почувствовала тяжесть и жжение в груди, желудок начал недовольно ворчать, а голова закружилась. Когда её спутник делал очередной поворот, она молила безымянных богов, чтобы тот оказался последним, но её молитвы оставались неуслышанными. Вокруг, насколько хватало глаз, не было ничего, похожего на дом, или хижину, или хотя бы берлогу.

Наверное, обладая настолько широкой спиной, здоровяк мог бы понести её на руках, но попросить о таком у Эммы язык бы не повернулся. Этот человек и так сделал для неё слишком многое.

«Я дойду, я справлюсь, я смогу», – убеждала она себя, но получалось неубедительно. Деревья у неё в глазах задвоились и поплыли.

Ещё один поворот, и сил идти не осталось совсем. Эмма опёрлась спиной о ближайшее дерево, и сказала так громко, как могла, – едва слышным шёпотом:

– Стойте… Пожалуйста…

В этот момент ноги подвели её, и она упала на землю, покрытую опавшими сосновыми иголками.

Глава 4

Эмма почувствовала на лице что-то холодное, в ту же секунду в её полуоткрытый рот попали капли воды. Маленькие и несущие жизнь.

Она открыла глаза и увидела только белую ткань, через которую пробивался тусклый жёлтый свет.

– … одна из кукол? О ней говорила Ребекка? – этот высокий голос Эмма раньше не слышала.

– Не называй её так, – прогудел знакомый бас.

– Ребекку не называть Ребеккой? – обладатель этого голоса засмеялся. Эмме этот человек заранее не понравился.

– Ты меня понял, – после этих слов послышались приближавшиеся шаги.

В комнате, где лежала Эмма, пахло спиртом, табачным дымом и затхлостью.