Епитимья

Без Ребекки Эмма не протянула бы до вечера – без Ребекки ей и не пришлось бы протягивать до вечера, и это противоречие не давало ей покоя. Она была счастлива наконец увидеть приближавшийся автобус.

К концу рабочего дня все краски ушли из мира. Эмма плыла по рабочей зоне, как привидение. Что-то внутри неё было настроено решительно против голодной забастовки и продолжало безжалостно выжимать из неё все соки. Никаких ответов она так и не нашла, хотя условие Ребекки выполнила уже давно. Вместо этого она получила лишь ещё одну порцию вопросов.

Перед тем как сесть в автобус, Эмма окинула рабочую зону беглым взглядом и увидела вдали остатки грузов. Что-то с ними было не так, но с такого расстояния невозможно было сказать наверняка, не было ли это всего лишь игрой обманчивого сумеречного света. Это что-то пугало и отталкивало её. Чем дольше Эмма вглядывалась в неизвестность, тем меньше ей хотелось узнавать, что там скрывалось. Неужели там и были сокрыты ответы?

Когда автобус выехал на грунтовую дорогу и поехал вдоль оградительной линии, Эмма, как завороженная, не могла оторвать взгляд от пейзажа за окном, на её глазах грузы принимали своё истинное обличье.

Она зажала рот ладонью, чтобы не закричать, но всё равно вскрикнула, привлёкши всеобщее внимание. Она не могла поверить своим глазам. Нет, это не могло быть правдой. Ей это только мерещилось из-за голода и усталости. Эмма протёрла глаза руками, но видения никуда не делись. В этот раз обмануть себя не удалось. Всё это было взаправду: по рабочей зоне были в беспорядке разбросаны человеческие тела… Мужские, женские, детские – пожёванные временем, облезлые человеческие тела.

Эмма сидела, как в тумане, и продолжала тупо смотреть на мир, с которого без предупреждения сорвали занавес, на мир, который обнажил своё уродливое нутро. Она слышала, как билось её сердце, и стучали от дрожи зубы. Миллионы вопросов роились в её голове – ни на один из них она не могла найти вразумительный ответ.

Даже тогда, когда Эмма физически не могла видеть происходившее в рабочей зоне, перед её глазами снова возникли серые переплетения рук, лица без глаз, детские безжизненные тела… Эмма откинулась на спинку сидения и закрыла глаза.

Там, за собственными веками, она была в безопасности. Стоило ей открыть глаза, и мир бы тотчас же рухнул.

Но мир не рухнул. Только соседка больше не улыбалась, но и этого было достаточно. Все, кого Эмма могла видеть со своего места, сидели молча и смотрели на неё огромными глазами.