Епитимья

Он любил цитировать кодекс, – уж зубы ты не можешь не почистить, – правда была на его стороне.

Эмма решила не спорить: на чистку зубов времени хватало. Оставалось только дойти до ванной, не упав от бессилия, но и с этой задачей она чудом справилась. Стоя перед зеркалом с закрытыми глазами и зубной щёткой во рту, Эмма пыталась найти хотя бы одну причину, по которой ей стоило вернуться на кухню. Она не любила творог, не любила творожную запеканку и не любила мужа. Выйти Эмма решила только из-за кота, которому без неё никто не открыл бы рыбную консерву, которого без неё никто бы даже не погладил.

Она решила… Как будто у неё был выбор. Как будто у неё было, куда пойти.

Эмма взглянула на своё отражение и увидела в самой глубине глаз незнакомый блеск: маленький огонёк, который мог погаснуть от любого порыва ветра, но всё же горел, который появился там, где его не ждали, но продолжал бороться. Эта крохотная искорка дала ей надежду. Может быть, она сделала правильный выбор вчера. Может быть, всё было не напрасно.

Прежде чем открыть дверь, Эмма несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Надо было играть свою роль до конца.

Когда она вернулась на кухню, довольный Том уже опустошил свою тарелку и пил кофе, неприятно прихлебывая. Эмма, как обычно, предложила ему половину своей порции, и он, недолго думая, согласился. Она бы предложила ему всё: не могла даже смотреть на эту запеканку – но боль в животе никуда не делась, поэтому Эмма принялась есть, стараясь жевать как можно меньше.

После первой же ложки мир заиграл другими красками и даже улыбка мужа стала чуть менее раздражительной. Как легко голод раздувает из мухи слона.

Экран показал время, и Том, залпом допив свой кофе, в спешке побежал одеваться, оставляя на полу мокрые следы. Эмма улыбнулась этому почти по-настоящему: даже раннее пробуждение не позволило ему позавтракать спокойно, душ снова отнял у него всё время.

В тот день Эмма впервые была благодарна за то, что женский автобус отправлялся позже.

Она могла не спеша закончить с запеканкой и насладиться кофе, наблюдая за запрыгивающим в комбинезон мужем.

Когда Эмма вышла в коридор проводить его, Том был уже на полпути к автобусу. В этот раз он не стал дожидаться прощального поцелуя, но Эмму это ничуть не расстроило – этому она была даже рада. Была рада наконец-то остаться одна.

После того как дверь за Томом закрылась, Эмме понадобилась всего минута, чтобы принять судьбоносное решение.