Нет никого страшнее меня

 – Вначале ты даришь мне розу, затем спасаешь от этой скамьи, а сейчас опять грубишь! Честно говоря, меня это бесит!

Лекс нервно рассмеялся, и Ада с силой кинула в него мячом, который все еще был в ее руках.

– Скажи, как мне реагировать на эти крайности?

Калибан хотел ответить что-то, Ада почти видела, как он набрал в грудь побольше воздуха. В этот момент к ним подошел Бронто:

– Мячи в сетку! – скомандовал он. – Давайте, ребята, у нас через неделю сдача нормативов!

– Конечно, мистер Бронт, – Лекс ловко закинул мяч в сетку с мячами: случайно или нет, левое запястье его оказалось совсем близко к Адель.

Адель разозлилась. Она хотела высказать этому Калибану все, что думает, однако увидев грусть и даже обреченность на его лице, смутилась. Очевидно же, что он тянется к ней, вот только что-то все время останавливает его.

«А я? Какие у меня чувства к Лексу?» – думала Адель, шагая за Бронто к новому партнеру.

– Привет, – им оказалась тоненькая девушка, которая, как и Ада, осталась без пары. – Эмм, все в порядке?

– Да, в полном, – Адель собрала волосы в хвост; ее лицо все еще пылало.

***

«Я добился своего – она меня ненавидит», – подумал Лекс, когда Ада, даже не глядя в его сторону, устроилась за партой. Украдкой взглянув на девушку, он заметил, что ее волосы были чуть влажными после душа, а кожа приятно пахла дезодорантом и свежестью.

«Не смотри, идиот! Только хуже себе делаешь», – Лекстер наугад раскрыл учебник математики. Точные науки всегда помогали ему отвлекаться и успокаиваться.

Урок прошел в молчании: оба решали примеры и находили доказательства теоремам. Лишь изредка Лекс поглядывал на профиль Адель, находя в нем все новые и новые очарования.

«Вот я и ступил на прямую дорожку в Ад», – подумал он, ощущая, как от близости Хортон по телу разливается приятная дрожь.

Урок кончился неожиданно: одновременно со звонком Адель взяла руку Лекса (он едва не свалился со стула от неожиданности), раскрыла ладонь и вложила в нее что-то. Затем встала, взяла свои вещи и вышла из класса, а Калибан так и остался сидеть, пораженный тем, что только что произошло.

Дрожащими руками, он раскрыл кулак. В нем была записка.

«Наверняка она написала, как злится на меня», – обреченно подумал Лекс, разворачивая клочок бумаги.