Мерцающие

Те, кто не лишился чувств и не потерял рассудок, стояли и смотрели, как длинное гибкое тело струится по земле черной рекою с блестящей рябью, как ищут кого-то внимательные желтые глаза, как сияет крупная матовая чешуя, что не пробить стрелою и не взять огнем.

В тишине огибало людей чудовище, подбираясь к дому, где жила избранная и предназначенная. И на беду не оказалось поблизости родивших ее на свет. Покуда солнце не спускалось на скалистый горизонт, не опасались отец с матерью оставлять в одиночестве чадо свое.

Догадывались жители, что наступит день, когда явится Змей, не пожрав никого, но дабы забрать с собою красивейшую из дев, что видывал свет. Тело ее нужно чудовищу, дабы завершить великий цикл, и откроется миру новое тысячелетие без смертей и погибели. Так исполнится пророчество на устах волхвов, предреченное духами предков, словам которых нельзя не верить.

И, обернувшись, узрела пред собою Лилит черное туловище, блестящее, как горный уголь, замерла на месте и выронила круглую чашу, полную молока.

Много повидала девочка смертей, дабы смириться со своею собственной. Но не стал Змей убивать маленькую красавицу, не причинил ей вреда. Бережно обхватил хвостом тонкую талию и возвратился в горы. И никто не смел остановить его, страшась мучительной смерти.

В темной пещере очнулась Лилит и долго плакала от горя. Густая мгла окружала ее, душила, твердые стены не имели проходов. Лишь когда забрезжил снаружи свет, стало видно, как ребристая глотка логова уходит вниз, в недра пещеры. На самом дне широкого тоннеля оставили Лилит.

Свет проникал совсем едва, и увидела девочка пищу, и бросилась к ней. Не осталось у нее сил даже на попытку побега. Слишком крутым казался ей выход из логова, слишком скользкими были стенки глубокой глотки, словно ползали по ним древесные слизни.

Громкий шум разбудил ее погодя. То чешуя змеиная терлась о стенки тоннеля, и глухо скрежетали ее пластины, каждая размером с дверь. Приблизилась к девочке широкая плоская пасть с выпуклыми глазами. Зажмурилась от страха маленькая красавица, но шум прекратился, и все затихло. Распахнула девочка зеленые глаза и узрела пред собою высокого мужчину в толстых складках змеиной шкуры.