Путь Ворона

Лишь один все еще уползал, оставляя за собой кровавый след, и Димка, мстя за пережитый ужас, немедленно вогнал серому пулю в голову. Еще пара валялась без признаков жизни, и вдаль уходили следы уцелевших.

– Что будем делать, мужики? – Воронов покосился на разведчиков. Командиром группы был он, ему было решать, и все равно хотелось посоветоваться. – До темноты вернуться не успеем, а ночью в тайге загрызут. Надо найти избу поцелее да забаррикадироваться до утра. Иного не придумаешь.

– Думаешь, в покое оставят? – дед в очередной раз потеребил бороду.

– Просто при свете пробиваться будет полегче. И хоть отдохнем по-людски.

– А ежели двуногие придут?

– Вот их пусть и едят, – улыбнулся капитан.

– Смотри сам, – старый охотник зря времени не терял.

Буквально рядом с дверью в бревнах стены виднелись несколько характерных пулевых попаданий.

– Хочешь сказать, первыми здесь были люди? – старик молчал, лишь многозначительно посматривал на капитана, и тот добавил: – Только не говори, будто банда действовала сообща со стаей.

– Не приручались, – Володя отвел глаза, внимательно осмотрел окрестности. – Теперь ничему не удивлюсь.

– Ты что, дед? Каким образом?

– Хрен его знает, каким. Просто ведут себя волки странно. Не совсем по-волчьи. Умнеют на глазах.

– Мутации. Ладно, в лесу хоть крысы водиться не могут. В городах они наверняка опаснее некуда. И их больше. Сам же видел, когда ходили. Волки хоть ограничены травоядными.

– Угу, – буркнул охотник.

Но, чувствовалось, убедить его капитан не сумел.

– Пошли. Вон изба Прохора на первый взгляд почти цела. Дверь, во всяком случае, имеется, – Воронов кивнул на соседний дом. – Печь растопим, переночуем, словно белые люди.

– Еще баньку растопи, – тоскливо вздохнул охотник. – В ловушку бы не попасть.

– По-твоему, идти лучше?

– Нет.

Грозная техника стояла на приколе. Горючего было мало, поневоле приходилось сберегать его на крайний случай. Это сразу после Катастрофы еще сохранились всякие склады, а то и просто заправки. Где их теперь найти?

Дверь в избе Прохора действительно была целехонькой. Никто ее не выламывал, никто, кажется, даже не пытался взломать в свое время. А вот внутри успели побывать и люди, и хищники.