Жена на один год

Но из всех женщин на свете без раздражения вспоминалась только одна… да и не женщина, а совсем юная девушка.

Настоящим извращением было думать о повзрослевшей соседской девчонке. При каждой мысли о ней я ощущал себя маньяком.

Но, как ни лупил в грушу, не мог избавиться от злости из-за проклятых холстов, которые «слишком быстро закончились». Из-за уставших серых глаз, почти отражения моих собственных. И из-за чего-то ещё, непонятного, дикого, от чего хотелось свернуть шею одному успешному депутату и пустить по миру его банкиршу-жену.

* * *

От ненужных мыслей, как обычно, избавила работа.

Клиентов в Северной столице у меня не было. Основной офис адвокатского бюро находился в Москве. Но управляющий отцовской компанией уже два месяца просил приехать.

У него горели очередные сроки по контрактам, нужна была подпись на протоколах и куче других документов. А еще пришла пора пересматривать размер оклада.

Не самая сложная для меня работа – писанина и торг.

В целом и с тем и с другим можно было справиться с помощью курьера и телефона. Но хотя бы раз в год посмотреть в глаза собственному управляющему я был обязан.

Как итог, нудная текучка вытянула все силы, и домой я вернулся поздно. Вместо ужина в каком-нибудь приличном месте, открыл контейнеры с готовой едой, которую заказала секретарша управляющего. И обосновался в одиночестве на кухне.

Совсем как в первый год после гибели родителей.

Уставший, голодный и злой.

Для полноты картины не хватало парочки охранников за дверью.

Тогда без них даже свежим воздухом во дворе дышать было небезопасно. Неприятный сюрприз мог застать где угодно.

Сейчас нужда в дополнительной охране отпала. Тюрьма надежно стерегла всех моих «благожелателей» и их подельников. Но избавиться от ощущения дежавю не получалось.

Дом и компания отца так качественно вернули в прошлое, что забывался. Вьюга охапками бросала снег в окно и выла как стая волков, а у меня кусок в горло не лез.

Сидел как буддистский монах, медитируя в одну точку и даже вилку ко рту поднести не мог.

Не знаю, сколько времени прошло. Ужин безнадежно остыл. А я чуть не уснул с открытыми глазами. В себя пришел, только когда неожиданно отключилось электричество.

Лампа под потолком погасла одновременно с подсветкой в маминых витринах с коллекцией псов. Вместе с ними выключились фонари во дворе и новогодняя иллюминация на доме соседей.