Противостояние

Воинов обалдел, когда женские руки ни с того ни с сего обвили его шею, а рот прижался к губам. Пару секунд он стоял как каменное изваяние, а потом сорвался.

Кто на кого напал первым, было не разобрать. В одно мгновение женский туалет заполнили проклятия и стоны. Эхом отражаясь от стен, они оглушали, словно пытались спугнуть любовников. Но какое там!

Почувствовав отклик, Катя принялась за рубашку Романа. Ни одна пуговица не смогла устоять против ее ловких пальцев. Когда пришел черед ремня на брюках, Воинов оказался расстегнут нараспашку.

– Чокнутая!

– Ты же хотел вернуть мне память.

– Я всегда хочу…

Отбросив все сомнения, он подхватил ее под ягодицы, заставив обвить свои бедра ногами, и двинулся в первую же кабинку.

– Сюда люди ходят, – прохрипел Роман прямо в рот Кате.

– Это бар, – она кое-как дотянулась до дверцы и со стуком ее захлопнула. – Здесь везде люди.

– Так поехали отсюда.

– К тебе?

– Да.

Роман тут же представил ее голую, стонущую от желания в своей кровати.

От нарисовавшийся в воображении картины ноги чуть не подкосились.

– У себя будешь с Оксаной кувыркаться, – Катя неожиданно укусила его за нижнюю губу.

– Черт! – послышалось шипение. – Больно.

К постельным фантазиям тут же добавились плетка и наручники.

– Сам виноват.

– Сучка, – Воинов зубами оттянул в сторону край плаща, освобождая себе доступ к женской груди. – И с Оксаной у меня ничего не было.

– Врешь! – женская рука медленно заскользила вниз.

– И не думал, – тонкое кружевно ничего не скрывало.

Алые острые вершинки так и просились в рот, как сочные ягоды, которые нужно было срочно попробовать… Вдохнуть аромат, обхватить губами, легонько укусить, наслаждаясь упругой зрелостью. – А во ты…

– Заткнись. Пожалуйста, – нащупав сквозь тонкую ткань трусов большой напряженный член, Катя восторженно охнула. Уже не имели значения Оксана, странное происшествие на перекрестке и даже предстоящие трудные переговоры с поставщиками. Все страхи и подозрения мигом вылетели из головы.

У нее в ладони было лучшее лекарство от плохих мыслей, грудь ныла от возбуждения, а попу нахально тискали волшебные пальцы одного из великолепнейших экземпляров мужского племени. Жизнь продолжалась, несмотря ни на что!

– Только не останавливайся! – попросила она перед тем, как окончательно отдаться на волю эмоциям. – Остановишься – гореть тебе в аду.

– Слушаюсь! – Воинов чуть не взвыл, когда ладонь пробралась под белье.