Ящик с проклятием

Сеп заглянул в урну, высматривая Барнаби, но ларец оказался глубоким, и внутри была только темнота.

Если бы не сломанное запястье, Лэмб отправилась бы в хоккейный лагерь; если бы их друзья не уехали на каникулы за границу, Хэдли, Мак и Аркл не очутились бы здесь без привычной компании; если бы все они не столкнулись на пляже, не случилось бы этих прекрасных двух недель абсолютного счастья.

– Знаете, – сказал Сеп, – а лето вышло чудесное. Я никогда ни с кем… то есть…

Крышка сорвалась. Мак выругался и отдёрнул руку, держась за пальцы.

– Ты как? – осведомилась Хэдли. – Крови нет?

– Нет, всё нормально. – Мак попытался размять пальцы, снова выругался, а затем рассмеялся. – Похоже, ящик меня цапнул.

Все уставились на жертвенный ларец. Крышка постепенно становилась всё темнее от дождя и наконец слилась с плотью леса, превратившись в ничем не примечательный затонувший в дёрне валун. Мир пах свежестью, зеленью и чистотой.

– Удивительно, как мы вообще его нашли, – заметила Лэмб.

– Спасибо шторму, – отозвался Сеп, поправляя слуховые аппараты.

 – На прошлой неделе ящика тут не было. Видимо, ливень размыл почву.

– Как думаете, сколько ему лет? – спросила Хэдли.

– Сотни. Может, тысячи.

– А может, миллионы? – подхватил Аркл.

– Вот ты дурак, – пробормотала Лэмб и щёлкнула его по уху.

Аркл заулыбался.

– Продолжаю настаивать: надо было всё сжечь, – заявил он, щёлкая зажигалкой.

Сеп заметил, что Хэдли наблюдает за ним из-под чёлки опухшими красными глазами. Её мучительницы, Соня и Шантель, загнали бедняжку в лес к краю оврага.

Сеп посмотрел сквозь деревья на облака – огромные жемчужные башни, чьи вершины напоминали наковальни, а основания пластались над островом. Прилив обрушился на скалы, и Сеп вспомнил, как мама любит слушать волны через открытое окно гостиной.

– Теперь что? – спросил Аркл.

– Скажем слова, которые придумал Сеп, – напомнил Мак.

– Ну, они не совсем мои, – замялся тот, ведь фразы сами пришли к нему и пронзили череп, точно лезвие ножа. Морок показался настолько реалистичным, что Сеп тогда даже вскрикнул.

– В смысле – не твои? – переспросила Лэмб.

– Они мне вроде как примерещились. Словно… словно ящик сам подсказал правила.

– Ладно, мы их произнесём. Что затем?

– А затем мы навечно останемся друзьями, – подытожил Сеп.

– И почему это сработает? – удивился Аркл.

– Потому что мы дадим клятву друг другу.

– И сохраним нашу тайну, – подхватила Хэдли, сжимая ингалятор. – Чур, никому ни слова.