Облачные дороги

Утес зря так резко его осадил. Луну не нужно было видеть следы произошедшего внутри кургана побоища, чтобы понять, что это дело рук Сквернов. Существовали и другие большие хищники, способные прокопать такую дыру в склоне холма, но они были обыкновенными животными, и Лун не сомневался, что отряд оборотней мог отогнать их или убить.

Лун подозревал, что в деле замешаны Скверны, с тех самых пор, как Утес сказал ему, что ищет воинов для защиты его колонии. Но одно дело – подозревать, а другое – знать наверняка.

Камень все еще был теплым от дневной жары, а ветер – крепким и прохладным.

Далеко на западе собиралась небольшая гроза и бурлящие тучи, окрашенные в темнеющих сумерках в лиловый цвет. Об этом тоже стоило беспокоиться. Какая-то часть Луна хотела поохотиться и найти родник, чтобы Утесу, когда он выйдет наружу, не пришлось этого делать, а потом притвориться, что ничего не изменилось, – по крайней мере, пока они не доберутся до Тумана Индиго. Он не мог поверить, что эта его часть была настолько глупой.

Ему стоило убраться отсюда, пока Утес не вернулся за ним – если он вообще вернется. Луну придется провести множество дней в пути, пока он не вернется в знакомые места. Что делать потом, он пока не знал. Но существовало множество земных поселений, откуда его пока еще не выгоняли.

В тот миг ветер переменился, и Лун замер.

Скверны все еще были здесь.

Он вскочил на ноги, принюхиваясь. Нет, ему не показалось. Он негромко зарычал. «День становится все хуже и хуже».

Лун перевоплотился и прыгнул с камня, резко распрямляя крылья и ловя ими ветер.

Он облетел курган, внимательно приглядываясь к нему. Входов, вроде того, в котором исчез Утес, было несколько. Лун приземлился рядом с тем, что находился у вершины кургана, с противоположной стороны от обвала. Проход уходил вниз почти вертикально, его стены были выложены камнем. Чуть ниже края к стене металлическими колышками крепились веревки, свисавшие вниз и исчезавшие во тьме, – веревочная лестница, предназначавшаяся для арборов, бескрылых раксура.

Лун присел, наклонившись пониже и принюхавшись к прохладному воздуху, поднимавшемуся из глубины кургана. Он почуял уже знакомый запах Утеса, смешанный с мертвечиной, гнилью, горелой древесиной, а также со смрадом Сквернов. Живых Сквернов, а не трупов, оставшихся после битвы внутри. Все тело Луна напряглось, и в его груди заклокотал зарождающийся рык.

Он сложил крылья, скользнул в проход и, ухватившись за веревки, стал быстро спускаться вниз.