Одна в толпе

А вот взгляд отца напротив моего лица приобретал уже сформированную чёткую эмоцию. Брезгливость.

Совсем ополоумела девка! Чё творит?

– Вообще-то я… – протестующе начал я, но не успел договорить, как получил локтем в живот.

– Да-да, я помню, что ты просил не распространяться… – вонзила в меня затыкающий взгляд гномиха. – И что очень этого стыдишься, но ты же понимаешь… – с нажимом произнесла она. – Это мои родители, – и глаза выпучила.

Медленно посмотрел на ожесточённое лицо её отца и мысленно выстрелил себе в голову:

– Мне неловко, что вы узнали об этом…

Умереть не встать…

Не от руки этого громилы, так от позора.

– Это он тебе так сказал? – откровенно сомневаясь, уточнил мужчина.

Да-да, всё верно, батя. Мужик мужика видит издалека.

– Не похож он на голубого… – по мне прошлись пристальным оценивающим взглядом. – Бицухи вон какие, щетина добротная и взгляд толковый…

– Пап, это только в твоём понимании геи ходят в утончённой одежде, изящно взмахивают руками и хлопают ресницами, – с ноткой осуждения сказала Алиса.

– Да не дай Бог! – он резко отстранился от нас с гномихой и сморщил лицо.

– Папа, – сердито вытянулась коротышка.

Ого. Да у девчонки отваги побольше некоторых. Я бы не рискнул перечить такому убойному титану.

– Алиса, давай-ка на минутку отойдём на кухню, – с убеждающей интонацией произнесла женщина, и гномиха, коротко вздохнув, ушла вместе с родителями.

Только собрался бежать со всех ног отсюда, как из-за угла появилась голова мужчины и угрожающе пробасила:

– Кости переломаю, если сиганёшь.

– И не собирался даже, – невозмутимо ответил я.

Голова бати исчезла, но я точно знал, что он слышит каждый удар моего сердца.

– Да точно говорю вам… – долетели обрывки разговора. – Сама видела… Прямо в губы парня поцеловал…

Фу, мать твою! Неужели она считает, что эта хрень собачья спасёт меня от родительского гнева?

– Сейчас же собирай вещи! – ударил по стенам начальственный тон матери. – Мы уезжаем.

– Нет. Я остаюсь, – чуть дрогнул голос Акимовой.

– Алиса, я не позволю тебе жить с мужчиной… любым…

– Пап, это его дом! – осмелилась девчонка. – Он еду покупает, до универа довозит, помогает с учёбой, защищает от хулиганов…

Боже, дай сил не расхохотаться раньше времени.

– Ну, было дело… – уже тише. – Приставал один… Лёня спас.

Приставал? Да я своими глазами видел, как она танцевала с ним. Вот маленькая лгунья. Даже родителей на раз-два разводит.