Одна в толпе

– Здравствуйте… – неуверенно кивнула она, переводя на девчонку недоумённый взгляд.

– Кхм, мам, это Лёня… – прижалась ко мне спиной гномиха, медленно выталкивая моё тело в дверной проём.

Мама?

– Что за Лёня? – внезапно на кухне раздался суровый мужской голос, и после короткого грохота ножек стула о плитку послышались приближающиеся тяжёлые шаги.

От острого неприятного предчувствия я абсолютно точно ощутил, как моё достоинство уменьшилось в размерах.

– Пап, он уже уходит! – издала писк Алиса, вцепляясь в мою ногу.

Когда за спиной женщины показался…

Это ПАПА?!

Твою ж налево…

Вот это я попал.

Тут не просто уменьшились, все внутренности усохли.

Не сводя с меня грозного взгляда, мужчина обогнул маму Алисы и возвысился передо мной горой. Где-то там внизу между нами ещё затесалась гномиха и издавала невнятные звуки.

– Кто таков? – припечатал меня к месту одной фразой.

Не разрывая прямого взгляда, расправил плечи и уверенно отчеканил:

– Леонид Астахов.

Умирать, так с честью.

– У тебя ровно пять секунд, чтобы объяснить, с какого дуба ты вечером заявляешься к моей дочери в дом и даже наглым рылом не ведёшь от страха, – его голубые глаза зажглись убийственным огнём, и я громко сглотнул. – Начинай, Леонид Астахов.

Очуметь! Это будет самая глубокая выгребная яма, откуда мне придётся выползать.

И вот как угадать, какой ответ он хочет услышать?

За долю секунды протягиваю к мелкой заднице пальцы и щипаю так, чтобы до неё дошло, что пора уж как-нибудь вмешаться.

– Я вам говорила, что я не против делить с кем-нибудь квартиру… – подпрыгнула на месте смышлёная девчонка.

– О Господи, Алиса! – приложила руки к груди её мама. – Ты что, подселила к себе парня?!

– Чего-о?? – прогремел мужчина, заполняя собой всё пространство.

Или это у меня в глазах потемнело.

А гномиха ещё думает, что я приду к её родителям выбивать долг за машину.

Да никогда в жизни!!

Что-то у меня появилось огромное желание вообще не связываться с этой семейкой.

– Нет, мам! – затараторила Алиса. – То есть… Да. Лёня тоже здесь живёт… Но ему можно!!! – повысила голос для убедительности. – Он внук Любови Валерьевны…

Она серьёзно думает, что это помешает её отцу сломать мне шею?

– …и гей.

Интересно, у кого больше вытянулось лицо, у мужчины или у меня?

– Как это? Прямо тот самый? – тихим голосом спросила её мама, впиваясь в меня ошалелым взглядом.