Вкус вишнёвой лжи. 1 часть

Был в состоянии алкогольного опьянения, без шлема, превысил дозволенную скорость, – продолжает Антон Юрьевич.

Мужчина в коричневой водолазке с высоким обтягивающим горлышком, у него дешёвые часы на левой руке и обручальное кольцо на безымянном пальце. Сквозь тёмные волосы на висках проступает седина. Серые глаза смотрятся дико тусклыми на фоне смуглой кожи.

– Антон Юрьевич, – вздыхаю я. – Мы уже это проходили миллион раз. Даже если я очень при очень захочу у вас остаться, мой отец этого не позволит. И Вы это прекрасно знаете.

Следователь вздыхает, чешет нос. Несколько секунд молчит: берёт бутылку с водой, наливает в стакан ровно до половины и пододвигает ко мне. Наблюдает, пока я жадно пью.

– Боюсь, в этот раз ты просто так не отвертишься.

Я со туком ставлю стакан на столешницу.

– В смысле?

Антон Юрьевич внимательно прожигает меня своим взглядом, словно я только что спёр у него нечто ценное. Становится неуютно, и неприятная пелена заволакивает внутренности.

– Ты знаком с Игорем Григорьевым? – задаёт вопрос.

– Нет. Первый раз слышу.

– Он сейчас в больнице, – продолжает мужчина. – С пробитым затылком. Пока без сознания в реанимации. Врачи прогнозируют кому.

Перед глазами мелькает картинка, как Костя со всей дури заезжает парнишке битой по голове. Чёрт… Если Назарова поймают, то закроют на несколько лет. Ему не отвертеться просто так.

– Видимо, на вечеринке была драка, – вкрадчиво продолжает следователь, наблюдая за мной. – Парню проломили череп. Возможно, как раз перед тем, как приехала полиция.

– Меня в чём-то подозревают? – холодно интересуюсь, прекрасно понимая, что говорить про драку в любом случае ничего нельзя.

Антон Юрьевич прищуривается, затем вздыхает, скрещивает руки на груди и морщится, словно у него неожиданно разболелась голова.

– Пока нет, – вкрадчиво тянет он.

– Я ничего не видел, – отрезаю. – Был на другом конце вечеринки. Потом появились патрули и спугнули всех. Я сел на байк и уехал.

Стараюсь держаться ровно, чтобы не выдать волнения. Я хорошо умею лгать, если того требует ситуация.

Но ведь это всё равно конец.

И я падаю, чувствуя, как страх медленно и верно захватывает мои внутренности. Кости Назарову хана. Когда менты найдут биту на дне реки, распознают отпечатки пальцев. Зеваки снимали драку на камеры: если видео сольют в сеть, сразу станет понятно, кто участвовал во всём этом и кто отправил Игоря Григорьева в больницу.