Фотография для прошлого

Молчание затягивается, хотя, возможно, мне просто кажется. Не знаю, сколько проходит секунд, прежде чем тишина нарушается.

– Давай-ка ты опустишь это, – мужчина продолжает целиться в меня. – Мы не причиним тебе вреда.

Я ничего не отвечаю – руки немеют, тело не слушается, я даже сказать ничего не могу. Но мой мозг продолжает воспринимать всю информацию ясно и весьма отлично. Кит опускает пистолет, облизывая губы, а я пытаюсь сделать так, чтобы оба парня попали в поле моего зрения.

– Да брось, – Кит улыбается.

 – Даже если ты подожжёшь сено, мы успеем его потушить. А пулю уже не вернуть в дуло.

Я сглатываю и сжимаю сильнее баллончик, чтобы руки перестали трястись. Я не знаю, что нужно говорить в этой ситуации и что вообще можно делать. Они вроде как не выглядят опасными, но я столько всего насмотрелась за своё путешествие, что не доверяю даже себе. Мне действительно страшно.

– Мы из революционной армии, – продолжает Кит. – Можешь нам доверять, мы ничего тебе не сделаем.

Я открываю рот и набираю в лёгкие воздух, стараясь сделать свой голос ровным и спокойным.

– Все так говорят, прежде чем вышибить кому-то мозги, – я смотрю на пистолет, который всё ещё направлен в мою сторону.

Мужчина медлит, а потом опускает оружие. Через секунду я всё-таки тушу огонь зажигалки, потому что больше не могу позволить дрожащим рукам поддерживать пламя.

– Она безобидна, пусть сидит, сколько хочет, – он уходит, пытаясь перелезть через сено, но путается в ногах и падает, кубарем скатываясь куда-то на другую часть кучи.

– Дерьмо!

Кит смеётся, а потом протягивает мне руку, наверное, чтобы помочь выбраться. Я какое-то время медлю – улыбка у него красивая. Кожа грязная, парень явно давно не мылся, одежда тоже потрёпанная. Волосы, кажется, светлые, но из-за пыли и глины сейчас это трудно утверждать на сто процентов. Но вот глаза у него голубые-голубые и такие красивые, что хочется довериться ему. Я отгоняю навязчивые мысли, но руку всё-таки принимаю.

Они, вроде, не похожи на тех бандитов, кого я встречала раньше.

Те сразу либо пристрелили бы меня, либо напали. У них один разговор – это насилие. А эти двое слишком спокойные и добрые. Надеюсь, что я не ошибаюсь, потому что будет очень обидно. Я ведь вечно пытаюсь видеть в людях хорошее. Вечно плачу за своё доверие и наивность. В этот раз мне не хочется снова наступать на очередные грабли. Хоть что-то нормальное должно же произойти со мной.

Глава 9.