Последний Мост

Рукоять из пепельного древа, россыпь изумрудов и сапфиров, изысканная позолота лезвия.

– Таким и воспользоваться жалко, – Лис провёл пальцем по серой рукояти.

– Многие видят в таком оружии лишь украшение для каминной полки. Но не ведитесь на его красоту. Кеттоны созданы для того, чтобы не оставить и шанса врагам их владельца. Девятьсот йерров – и он ваш… Простите. Пятьсот леттов. Соглашусь на пару сребреников.

– Меня устраивает моё оружие, – Ладаим повернулся к продавцу. – К тому же, я и сам кое-что продаю.

– Что же ты сразу не сказал, друг мой? – обрадовался купец. – Отдам за четыреста леттов, как земляку и товарищу по ремеслу.

– И всё же, откажусь. Но ты бы мог мне помочь. Как земляку.

– Чем же?

– Я тут должен был встретиться с Касилиамом Броспего, слышал о таком?

– Ещё бы, – купец презрительно фыркнул. – Барыга, какие только в Летаре водятся. И зачем он тебе, друг мой?

– Дело у нас с ним было здесь, но я запоздал: телега застряла в болотах недалеко от замка.

– Не знаю и знать не хочу, – торговец вмиг утратил лучезарную, как само Святое Солнце, улыбку, когда речь зашла не о прибыли. – Спроси лучше в Подворье.

– Не уверен, что меня туда пустят. Я ведь только приехал, товар не взял. Телега так и стоит там.

– Просто скажи, что ты тивалийский гость на празднике Жатвы. Гостей там столько, что никто долго выяснять не будет. А потом, как знать, и надумаешь прикупить мой кеттон.

Ладаим поблагодарил добродушного земляка и направился к заднему входу в подворье, что притаился позади прилавков.

– Что же это такое? – бормотал он. – Чёртовы гранаты ещё не привезли! Чтоб я ещё раз доверился меранийским… Так, а вы кто такой?

– Гость из Тивалии, – Ладаим старался изобразить акцент своей далёкой родины, растягивая слова.

– А, вы у нас по тыквам! – толстяк радостно похлопал в потные ладоши. – Где вас носило? Пойдёмте, пойдёмте.

Ладаим деловито кивнул и проследовал в светлый коридор Подворья. Каменные стены были покрыты белой краской с серебристыми полосами, изящные подсвечники освещали путь, а по обе стороны тянулись одинаковые двери из дорогого дерева.