Последний Мост

Ним зажгла свечу и уселась на большой ящик среди прогоревших насквозь сковородок и почерневших котлов.

– Говорите, – велела хозяйская дочь.

– Мне нужна ваша помощь, – обратился Химера.

– Тебе? Шутишь? – фыркнул Ладаим. – Саму Химере, непобедимому и…

– Да, мне, – Варион и не думал улыбаться. – Я завалил последний заказ и уверен, что меня кто-то подставил.

– Ну, ты даёшь, – Ним покачала рыжей головой. – И кто же тебя подставил?

– Знал бы, не напрягал бы вас, – слова давались Химере с трудом. – Я должен был убрать одну девку, которую герцог Трисфолдский собрался женить на своём сыне.

Видимо, кто-то хочет освободить дорогу для своей дочери, не знаю… В общем, она ушла. Я уже почти довёл дело до конца, но рухнул прямо в переулке и встал только утром. Девка ушла, я не знаю, где она сейчас. Думаю, уехала из Басселя, как и планировал её отец. Всё плохо.

– Херово, да, – согласился Ладаим. – Госпожа-то в курсе?

– Да. И она пока не хочет давать мне новых заказов, а я на мели.

– Ты завёл нас сюда, чтобы попросить в долг? – удивилась Ним.

– Чтобы очистить своё имя, – поправил её Химера. – Мне кажется, что меня кто-то подставил, кто-то из Приюта. Все как будто ждали, что я облажаюсь. Мне нужна ваша помощь, чтобы довести дело до конца.

– Какое дело? – не понял Ладаим. – Сам же сказал: девка свалила из Басселя, Гадюка знает, что ты навалил в штаны. Может, тебе надо-таки отдохнуть?

– Дружище, – Варион тяжело вздохнул. – Ты меня знаешь четырнадцать лет. Мы, сука, вместе учились в Приюте.

Думаю, ты понимаешь, что мне сейчас нужно. Никак не отдохнуть.

– То есть ты хочешь её выследить и закончить начатое.

– Допустим, да. Но я не знаю, как она возвращается в Трисфолд, по реке или по тракту. Когда они выехали, заедут ли ещё куда по дороге…

– И кто же это знает?

– Её отец, Касилиам Броспего, останавливался в Купеческом подворье. Кто-то оттуда должен знать, как он отправился в столицу. Засада в том, что я ходил в их сад, меня там видели и могут опознать.

А девка-то наверняка рассказала отцу о придурке с кинжалом.

– То есть я должен всё узнать за тебя, так?

– Не должен. Но я был бы признателен. Как друг. Единственный настоящий друг во всём Приюте. Помнишь Яблони десять лет назад? Я, вот помню.

Конечно, помнил о них и Крысолов. Той весной он позволил себе заиграться с госпожой удачей и зашёл слишком далеко. До самой петли тех, кому задолжал столько, сколько в жизни не держал в руках. На то время, конечно.