Ярость Белого Волка

– Стоять! – раздался резкий окрик из-за низкого ельника.

– Стою, – подчинился Мцена, разведя руки широко в стороны, показывая пустые ладони.

– Кто? Куда следуешь?

– Иду наниматься на службу в непобедимую армию его величества короля Сигизмунда Третьего.

– Меч положи на землю!

– Возьми, коли сумеешь! – Мцена чуть повернул голову и скосил за спину себе взгляд.

В ельнике зашептались. А потом опять тот же голос сказал:

– Ладно. Пусть висит на спине. Но руки вытянутые держи перед собой.

– Не очень-то гостеприимно встречаете!

– А шут тебя разберет, кто ты есть такой.

– Куда идти-то?

– А вперед так и иди.

Через несколько минут тропинка, по которой шел Мцена, вынырнула на небольшую поляну. К нему подошел человек в собольей шапке с зеленым верхом.

– Меня зовут Друджи Сосновский. Я командую разведкой на этом отрезке. Вы кто такой?

– Якуб Мцена.

– По каким вопросам пожаловали?

– Наниматься.

– Кем?

– Могу служить в пехоте.

После этих слов люди, стоявшие вокруг Сосновского, чуть попятились.

– Палач? – переспросил Сосновский.

– Да.

– Только экзекутор или умеете что-то еще? – Сосновский обратил внимание на левую руку палача – половина мизинца отсутствовала.

– Говорю же, могу служить в пехоте.

– А расследовать дела умеете?

– Связанные с убийством – да.

– Вы нам подходите. Сейчас вас проводят. Накормят. Определят в подразделение. А через час мы вновь встретимся.

Мцена молча кивнул и пошел за одним из разведчиков.

Друджи Сосновский смотрел в спину удаляющемуся незнакомцу, неожиданно почувствовав кошмарную, сосущую пустоту под сердцем, словно сама смерть заглянула в его нутро и выхолодила там все своим дыханием.

После обеда Сосновский вышел из шатра.

Палач уже стоял перед входом.

– Итак. Я не буду погружать вас в здешние мифы и сразу без предысторий перейду к делу. – Сосновский снова почувствовал тяжесть ледяной пустоты между ребрами.

– Ты и так уже много слов сказал. – Мцена жевал потухшую осеннюю травинку.

– Попросил бы обращаться к старшему по званию на «вы», сударь.

В ответ Мцена лишь ухмыльнулся.

– Пройдемте в шатер, – продолжил после небольшой паузы Сосновский, – так будет удобнее.

И уже в шатре, стараясь не встретиться взглядом с собеседником, шляхтич быстро обронил:

– Значит, Якуб Мцена? – Сосновский снова невольно бросил взгляд на изуродованный мизинец.