Будничные жизни Вильгельма Почитателя

Ему казалось, что вина и ощущение собственного ничтожества кусали изнутри. Странное ощущение, созданиям Альянса редко свойственное.

Через какое-то время он, в теплом клетчатом халате и штанах, направился на кухню, шлепая босыми ногами по прохладному полу. По пути Вильгельм наткнулся на выпавшие из плаща ключи, яркие бумажки, жвачки, деньги и телефон, который треснул от удара о паркет.

– Просто новый куплю, – буркнул он и бросил мобильник в угол.

На кухне так и продолжалось буйство, гремела посуда, что-то шкворчало, пузырилось и не предвещало ничего хорошего.

Но Вильгельм не останавливался: кто бы в квартире ни был, он точно знал, что вчера случилось. По мере приближения к цели, звуки бьющейся посуды разбавлялись тихими попискиваниями и топотом ножек. Вильгельм, ничего уже не понимая, поспешил на кухню, а коридор, казалось, растянулся из нескольких метров в пару километров. С каждым шагом запах переживаний смешивался с вонью горелых яиц.

Стоило Вильгельму влететь на кухню, чуть не поскользнувшись, а его халату, развевавшемуся словно крылья, вплыть за ним, Почитатель не смог сдержать удивленного восклицания.

– Нуд?! Ты что тут забыл?!

Вышеназванный от громкого обращения чуть не упал. Человечек стоял на табуретке и нескольких книжках у плиты и пытался пожарить омлет на сковородке, которая была, наверное, раза в два его больше. На столе валялись десятки скорлупок, разлилось молоко и в нем же плавали желтки, тусклой слизью окрасившие темные полы. Плита была загажена настолько, что уровень грязи почти касался донышка сковороды, а в самой же посудине трепыхались горелые куски того, что должно было быть омлетом.

Запах стоял соответствующий.

– Хозяин, извините. Доброе утро или, наверное, уже день. Я тут завтрак хотел приготовить или обед, но никак не могу уследить за яйцами и сковородкой. – Виновато улыбнулся он и почесал кривыми пальцами макушку. – А у Вас больше яиц нету? Я только до второй полки достать смог и то чуть в холодильнике сам себя не закрыл.

Вильгельм стоял и созерцал умопомрачительную картину, не в силах ничего сказать. Нуд, в огромной футболке с цыпленком, под которой была еще одна, с котом из блесток, просвечивавшей через белую и заляпанную жиром ткань, в шортах, которые всегда были плавками и принадлежали Жаку (что они делали в квартире Вильгельма – совершенно непонятно), стоял у него на кухне и жарил омлет, словно в этом не было ничего странного.

Невероятная картина, ничего не скажешь.