Стерх и Лебедь

То надвигался, то отступал – поначалу Златка пыталась уловить взглядом движение ветвей и деревьев, но потом сдалась. От напряжения заболели сначала глаза, а потом и голова. Появление тропинок на тракте еще можно было кое-как разглядеть – лес расступался, словно кто-то невидимый раздвигал его в стороны, а потом деревья сходились вновь, будто высокая трава на поле. Но вдали от тракта лес менялся незаметней, прячась за дымкой испарений. Стоило отвернуться – и он крал открытые участки или, словно насмехаясь, наоборот расступался, давая дорогу, чтобы вновь измениться через минуту.

Он кружил путников, вел мимо оврагов, водоемов, один раз едва не завел в болото. Тогда Горисвет устроил привал, сказав, что идти в топи – верная смерть. Путники уселись среди низкорослых кривых деревьев – предвестников трясины, и дождались, пока не появится новая тропа, ведущая в другую сторону.

В конце концов, они оказались в чаще. Вековые деревья, покрытые толстым слоем пушистого бурого мха, стремились в небо. Меж ними притулились деревца поменьше и кусты – плотно переплелись ветвями, образуя неприступное препятствие.

Тропинка закончилась.

Горисвет слез со спины Верного. Дорога быстро вымотала, и, в конце концов, им пришлось оседлать коня. Встал рядом, почесал в затылке, другой рукой задумчиво погладил лошадиную шею. Верный сердито фыркнул – ему явно не нравилось тащиться меж кустов, обдирая бока. Златка, вымотанная донельзя, горестно вздохнула.

? Что будем делать?

? Подождем, как с б-болотами. Может…

Договорить Горисвет не успел.

Верный издал тревожное ржание, дернулся и резво попятился. Захрустели ветки. Златке пришлось изо всех сил вцепиться в гриву, чтоб не свалиться наземь или в ближайший куст.

Из зарослей выбирались серые тени. Лениво ступая, не прижимаясь к земле. Густая шерсть, местами свалявшаяся, не дыбилась – крупные звери явно чувствовали себя хозяевами здесь. Казалось, сам лес расступается, освобождая им дорогу.

? Горисвет, это тоже морок? – пискнула Златка, таращась на волков.

? Если бы… ? Горисвет вынул меч из ножен, встал на изготовку, стараясь не делать резких движений. – На глаза п-посмотри.

Златка взглянула: на волчьих мордах красовались человечьи глаза. «Волколаки!» Странное зрелище, завораживающее и отталкивающее одновременно. Волков было много, Златка насчитала десятерых, а они все прибывали, выныривая из буро-зеленого полумрака, грациозно, уверенно. Верный испуганно ржал, топтался на месте, мотая мордой.