Ангел любит лишь тебя

А то мне Михаил сообщил, что ты инициативу проявляешь, в расследование вмешиваешься.

– Михаилу бы язык оторвать его болтливый, – ворчливо произнес Абрикосов. Он оглянулся на шкафы, поднялся и подошел к одному из них. Дернул ручку – заперто.

– Смотри, чтобы тебе ничего не оторвали, – предостерегла его начальница и тут же сменила тему. – Я тебя, Слава в командировку отправлю, к соседям нашим.

– За что? – Абрикосов резко обернулся, забыв про шкаф.

Два депо располагались в трехстах метрах друг от друга.

– Знаю, что тебе тяжело, – продолжала она, – но мне больше некем Василия заменить.

– А на мое место кого?

– Полунчикова. Я бы его отправила, но у него допуска нет.

– Ну Римма Ивановна, – заныл Абрикосов, – я только на нормальной машине закрепился, а вы меня на электронах остановки объявлять заставляете.

– Потерпи, Слава, найдем кого-нибудь, верну тебя обратно.

– Как же я это не люблю, – простонал Абрикосов, – особенно по утрам, когда народ так и норовит вывалиться из вагона на какой-нибудь станции. Ладно, пошел я, мне еще состав принимать.

***

– Поднимаю токоприемник, – произнес Слава в микрофон и вздрогнул: динамики многократно усиливали голос, и он показался сегодня совершенно чужим.

Эту машину Абрикосов любил – жаль, что придется ее оставить. Хотя Римма баба толковая. Если сказала, что найдет способ вернуть его, значит, так и будет.

Он сильно сдавил виски кончиками пальцев и на секунду закрыл глаза.

– Надо собраться, – проговорил Абрикосов, – я сегодня слишком рассеян.

– Машинист не должен быть рассеян, – из-за двери раздался насмешливый голос, и в кабину заглянул Георгий, помощник машиниста, – потому что это опасно для жизни пассажиров, и не только.

– Что у тебя, Жора? – игнорируя реплику, спросил Слава.

– Ничего, – пожал плечами тот, – инструменты проверил, мехчасть тоже. Бандажи, буксы, подвеска – все по инструкции.

– Пескоподача?

Помощник машиниста укоризненно посмотрел на Абрикосова.

– В порядке. Можно выходить.

– Пока не можно, – огрызнулся Слава. – Я еще не закончил.

С Жорой Абрикосов работал уже два года, и не было случая, чтобы он пожалел об этом.