Дом с секретом. У каждого человека есть своя история…

Он потрясающий, Рози, кажется, я всерьез влюбилась, понимаешь! У него выставка в Ницце и я с ним.

– Джульетта ты просто невозможна! – разозлилась Розамунд – те же самые слова ты говорила и о Роберте и о Поле и, кстати, о треклятом Найджеле! Когда уже ты станешь серьезнее!

– Ну, Рози, ну милая, перестань читать мне нотации, для этого у меня есть мой рекламный агент. Загляни ко мне домой хорошо? Я очень тебя люблю и обязательно привезу тебе из Ниццы бутылочку хорошего вина – прощебетала Джульетта и отключилась, не дав Розамунд что-либо возразить в ответ.

«А, черт с тобой, завтра заеду, на сегодня сил у меня нет» – решила Розамунд про себя, бросила телефон на диван, выпила таблетку аспирина и отправилась в душ, чтобы смыть с себя прошедший день.

На следующее утро, наскоро позавтракав тостами с клубничным джемом и чашкой горячего капучино, Розамунд направилась в квартиру Джульетты. Жу-жу напрасно волновалась, макеты с фотосъемки еще не пришли. Полив цветы Рози поспешила на встречу с редактором одного из модных глянцевых журналов, для которого у нее была готова статья о последних новинках в мире моды.

Заехав после встречи, которая прошла более чем успешно, в «Глэдис» девушка постаралась, как можно незаметнее проскользнуть в свой кабинет, дабы избежать новой порции препирательств с Руди. Она чувствовала себя уставшей и вымотанной. На календаре середина июля, последний раз отпуск, если его можно так назвать был у нее в феврале. Тогда Джульетта утащила Розамунд на неделю в Париж, но и там ее постоянно донимал Руди, не давая ни дня покоя.

«Хм, возможно стоит взять отпуск и уехать куда-нибудь подальше, на Майорку или Бали, отключить телефон и забыть обо всем на свете. Лаки я отдам Массимо или родителям, они не будут возражать. Прекрасная идея! Нужно попробовать, заодно можно будет и пару статей набросать на тему отдыха на островах» – Розамунд хлопнула в ладоши и принялась искать в своем лэптопе варианты туров. В конце дня она постучалась в кабинет Руди.

– А, Рози, свет очей моих, заходи – пропел он, глядя на нее с дежурной улыбкой – что насчет книги Генри Эббота, ты не передумала часом?

Руди сидел в кресле, закинув ноги на стол. Из-за щуплого телосложения и низкого роста, казалось, что кресло по ошибке занял двенадцатилетний ребенок. Даже щетина на щеках не спасала ситуацию. Хотя Руди было двадцать девять лет, в редакции за спиной его называли «малыш Руди».