Танец масок

Личина золотоволосого юноши сползла с Эша, пару мгновений перед императором сидел очень злой рогатый фейри. Мгновений, потому что потом Эш, бросив взгляд на Ричарда, встал.

– Ну и зачем ты меня вызвал?

Император как ни в чём не бывало сел в кресло и тут же скрылся под столом. Поднатужившись, поднял укрытую тканью огромную банку, поставил на стол, снял ткань.

В банке плавала человеческая голова.

Ричард, прикрыв рот рукой, подался к двери, Эш только закатил глаза.

– Вот, – в голосе императора зазвучали слёзы.

Голосом Его Величество всегда прекрасно владел. – Вот, что сделали с моим братом. Видишь?

Эш прошёл к столу, нагнулся над банкой. Потянул носом. Пахло дорогим вином.

– Честно говоря, так мне он больше нравится.

– Да мне тоже, – хмыкнул император, резко прекратив играть убитого горем брата. – Я тебе больше скажу: я даже хочу приплатить его убийце за то, что осчастливил своим внимание дворец и избавил меня от этого… семейного недоразумения. Только, Эш, я хочу знать, кому платить.

Эш стянул перчатку, поскрёб стекло на глазах отросшим и заострившимся ногтем – звук получился премерзкий.

– Я не сыщик, Генри. Пусть твои слуги ищут, а я потом донесу этому самоубийце твою благодарность.

Император снова исчез под столом. Но на этот раз на свет он извлёк не банку с головой, а ворох фотокарточек.

– Слуги, говоришь? Слуги – люди. Посмотри.

Игнорируя свободное кресло для посетителей, Эш уселся на стол – на этот раз император не возражал – взял фотографии веером, как игральные карты, и всмотрелся.

Все они показывали одно и то же: расчленённые человеческие тела. Очень… красочно расчленённые: руки, ноги, голова, части туловища, – всё складывалось в надпись, а кое-где эта надпись дублировалась кровью. Эш нахмурился.

– Я правильно понял, это же ваш язык? – небрежно поинтересовался император.

– Угу.

– И что там написано?

Эш изучил все карточки: надпись была одна и та же. И никакого смысла она не несла.

– А что, у тебя нет учёных, кроме меня? Специалистов по нашему языку?

– Есть.

Но единственный специалист, – в голосе императора послышалось раздражение, – не должен такое видеть.

– Это ещё почему?

– Она женщина.

Эш на мгновение забыл про карточки и уставился на императора.

– Да что ты!

– Позже поговорим о женщинах, – процедил император. – Что там написано?

– Ничего особенного. – Эш снова принялся изучать фото. – Ничего такого.

– Эш!

– «Она танцует».

– Что?!

– «Она танцует».