Слушаю и повинуюсь

Кобры окружили троих людей, и только у светловолосого было оружие – какая-то жалкая джамбия.

Шакир в который раз за вечер успел попрощаться с жизнью, когда в рев пламени, шипение змей и крик светловолосого ворвался чистый, точно пение серебряного бубенца, голос – от которого вокруг стал клубами появляться туман… и шехзаде потерял сознание.

* * *

– Признайся, ты – колдун?

– А-а-а! – застонал мальчишка, хватаясь за голову. – Да что ты пристал ко мне?! Путешественник я, с джиннами знаком – да. Но я не колдун.

– Но это же после твоей песни и джинн, и ифрит не могли двинуться, – выдохнул Амин, поправляя то и дело съезжающего с плеча шехзаде. Сиятельный благостно пребывал без сознания, пропустив долгий и очень нервный побег из подземелья.

– Ну, песня, – поморщился Валид. – Вот только петь и умею.

Амин недоверчиво хмыкнул.

– А ты сам-то где намострячился так джамбией махать? – в свою очередь, поинтересовался мальчик.

– А ты где петь научился? – «вернул» ему Амин.

Мальчик понимающе улыбнулся.

На плече юноши застонал, приходя в себя, шехзаде.

– Отпусти его, а то свалится, – посоветовал Валид. – Да и мы уже почти у ворот. Пусть сам идет.

Амин осторожно опустил дернувшегося Сиятельного на песок. И по привычке чуть не упал ниц.

– Прекрати, – поморщился мальчик, хватая его за рукав. – Кланяются достойным. Это, – он кивнул на шехзаде, – недостойно.

Амин все-таки согнул спину, торопливо бормоча:

– О, Сиятельный шехзаде, не гневайтесь, он еще ребенок, он просто не понимает…

Шехзаде ошеломленно перевел взгляд на мальчика. Тот щелкнул пальцами и красноречиво вскинул брови.

– Да как ты смеешь, раб, – начал было Сиятельный, быстро поняв, что город близко, а пещера ифрита, наоборот, далеко.

Мальчик снова щелкнул пальцами, и песок рядом с шехзаде как-то странно зашевелился. По-змеиному.

– А-а-а, – испуганно протянул Сиятельный.

– …явите милость… – лепетал ничего не замечающий Амин.

– А… – Шехзаде оглянулся на подозрительно шевелящийся бархан и быстро добавил: – Да, конечно… Уходим! – прозвучало это почти как «бежим!», и Амин тут же вскочил, подставил пошатывающемуся шехзаде плечо, безостановочно бормоча извинения.

Мальчишка плелся позади. Но уже у ворот, когда Сиятельный случайно встретился с ним взглядом, Валид одними губами шепнул:

– Помни.

И выразительно указал на песок.