Слушаю и повинуюсь

Змея тихо засвистела-рассмеялась.

– Проси, – лениво повторил Валид, – чтобы я помог тебе бежать. Ну, давай.

– Я шехзаде! – выкрикнул Шакир и тут же пожалел об этом – все еще посвистывая, питон пополз к нему.

– Плевал я, кто ты, – холодно откликнулся мальчик. – Здесь ты – ничтожество, на которое даже хозяин-ифрит смотреть не желает. Тебя отдали слугам-джиннам, как кость – собакам. Ты – ничто. И, кстати, не только здесь.

Прямо перед глазами Шакира оказалась плоская змеиная морда, и Сиятельный на подломившихся ногах рухнул на пол.

Мальчишка, предвкушая, подошел ближе. Посмотрел заинтересованно на пытающегося подползти к прутьям клетки шехзаде.

– Пожалуйста…

– Сайед, – эхом откликнулся мальчик.

Шакир посмотрел на него с ненавистью, но послушно выдохнул:

– Пожалуйста, сайед…

– Плохо просишь, – вздохнул мальчик. И, издеваясь, протянул, отворачиваясь: – Ску-у-учно!

Змеиные кольца снова сжались.

Шакир истово закричал:

– Пожалуйста! Вытащи меня отсюда! Помоги! Прошу тебя!

Валид, смеясь, обернулся.

– Ну вот. Умеешь же, когда хочешь. Заткни уши.

Шакир, рухнув на пол, торопливо прижал руки к ушам. Но все равно различил мерзкий скрипучий звук, который испустил мальчишка.

Зевнув, Валид ткнул пальцем в один из прутьев, и тот упал рядом с шехзаде.

– Пролезешь? – задумался мальчик. – Отъелся ты, султаныш, конечно… Ну-ка, попробуй.

Шакир быстро протиснулся между прутьев и замер, когда мальчик дернул его за рукав.

– Учти, шехзаде, – пристально смотря Сиятельному в глаза, сказал Валид, – когда вернемся, если ты хоть пикнешь про эту пещеру… Лучше тебе тогда здесь остаться.

Шехзаде резко кивнул, дрожа.

– Умница, – улыбнулся мальчик. – Ну, идем тогда.

Шакир, задыхаясь, мчался по коридорам и лесенкам, пытаясь не отстать от странного мальчика. Тот, не задумываясь, сворачивал на поворотах, будто не раз здесь раньше бывал. Так что когда вдруг остановился перед красивой резной дверцей, Шакир чуть на него не налетел.

Дверца распахнулась и в странный зал с громадными, вычурными колоннами из малахита сначала вылетел смутно знакомый парень, весь в саже и тлеющем рванье. Затем, к ужасу шехзаде – с сердитым шипением выползли две кобры. И заключительным аккордом – лениво прошествовал ифрит собственной персоной.

Светловолосый парень метнулся сначала к ближайшей колонне, потом, заметив мальчишку, – к нему, что-то крича.