Голод крови

Он страстно целовал девушку, когда вдруг услышал:

– Дорогой… ты позволишь мне немного попрактиковаться?

Нэйдан в замешательстве посмотрел на возлюбленную. Затем, поймав её порочный взгляд, тотчас все понял и рассмеялся.

– У меня удобная кровать, – хитро произнес он.

Когда-то эту кровать сделали специально для него. Поистине, королевский заказ, щедро оплаченный и мастерски выполненный. Особое внимание мастера уделили железной спинке.

– Очень удобная, – повторил Нэйдан, вытягивая руки.

Мгновение, и стальные тиски сомкнулись на его запястьях, намертво их фиксируя.

Жаль, теперь он не сможет гладить её бледную кожу. Впрочем, это того стоило. Нэйдан блаженно закрыл глаза, ощущая прикосновения её губ.

Дженнифер действовала молниеносно. Секунда – и её рука скользнула к голени. Изящный, тщательно заостренный деревянный кол как всегда остался незамеченным для посторонних глаз. Вот она, работа мастера – спрятать, чтоб ни у кого и тени сомнения не возникло. Эти колья делались по эксклюзивному заказу.

Форма, вес, размер – все вымерялось с ювелирной точностью, а специальное крепление вкупе с брюками элегантного кроя превращали оружие в невидимку. До поры, до времени.

Жесткая рука безошибочно приставила кол к самому сердцу жертвы. Зоркими глазами пантеры она поискала в темноте сколь-нибудь тяжелый предмет. Взгляд остановился на бронзовой пепельнице, что стояла на прикроватной тумбочке. Подойдёт. Ещё секунда – и она с размаху всадит кол в единственно уязвимое место вампира – его сердце.

Нэйдан открыл глаза как раз в тот момент, когда пепельница с глухим стуком опустилась на верхнюю часть орудия, вгоняя его в грудную клетку. Нэйдан взвыл как раненый волк. От адской боли почернело в глазах. Все его существо метнулось к Дженнифер, но тщетно – наручники и на этот раз сделали свое дело. Железо заскрежетало о железо – это вторили предсмертному крику наручники, прикованные к спинке кровати. Еще миг агонии – и существованию вампира пришел конец.

Смерть наступила практически мгновенно.

Руки профессионала, в планы которого вовсе не входила мучительная кончина жертвы, в очередной раз грамотно выполнили свою работу.

Соскочив на пол, Далана – ведь именно так звучало ее истинное имя – мягкими шагами направилась к книжным стеллажам. Подобно тому, как с хирургической точностью ее гибкие пальцы отыскивали в груди небьющееся сердце, теперь они нащупывали нужный выступ в стене. Ага, вот и он. Ничего не скажешь, сделано с умом.